Главная » Книги

Ладенбург Макс - Приключения Фрица Стагарта, знаменитого немецкого сыщика, Страница 3

Ладенбург Макс - Приключения Фрица Стагарта, знаменитого немецкого сыщика


1 2 3 4 5 6 7

наты. Я хотѣла кричать, но не было силы. Я схватила только дрожащей рукой кинжалъ, который я всегда ношу съ собой, съ ужасомъ повернувшись къ двери спальней. Она тихо скрипнула и на порогѣ появилось создан³е такое ужасное, такое отвратительное, что при видѣ его крикъ замеръ въ моей груди. Кинжалъ выпалъ у меня изъ рукъ. Я вся дрожала какъ въ лихорадкѣ.
   Была это смерть? Не знаю. Я болѣе не въ состоян³и собраться съ мыслями. Это былъ какой то призракъ.
   Бѣлыя одежды волочились по полу. Я не видѣла ни ногъ, ни рукъ этого видѣн³я. Я можетъ быть собралась бы съ силами, но, взглянувъ на призракъ, я потеряла голову. Я увидала нѣчто ужасное, чему я не нахожу объяснен³й. У призрака этого, такъ я назову это существо, была голова скелета.
   Мнѣ это не казалось, Матильда, нѣтъ, это не было обманомъ зрѣн³я съ моей стороны и я была въ полной памяти. Я ясно увидала голый сѣрый черепъ, глубок³я глазныя впадины, оскаленный ротъ съ ослѣпительно бѣлыми зубами и широк³я впадины на щекахъ, благодаря которымъ рѣзко выдѣлялись сѣрыя кости.
   Это ужасное существо шло прямо ко мнѣ, все ближе, ближе. Я хотѣла бѣжать, но ноги мои отказывались служить. Я была какъ бы пригвождена къ тому мѣсту, на которомъ лежала.
   Вотъ привидѣн³е подошло вплотную ко мнѣ, подняло угрожающе правую руку и -
   Я испустила дик³й крикъ и потеряла сознан³е. Когда я пришла въ себя, все было по старому и я могла бы подумать, что все видѣнное мною было только ужаснымъ сномъ, если бы дверь въ спальную не была широко открыта. Я не могла подумать, что я сама открыла ее, такъ какъ я отлично помнила, что закрыла ее передъ тѣмъ какъ лечь спать.
   Я провела весь остатокъ ночи безъ сна. Не разсказать ли о случившемся старому камердинеру? Онъ дѣлаетъ всегда видъ, что не понимаетъ меня, такъ какъ я скверно говорю по итальянски. Онъ навѣрное покачаетъ головой и, улыбаясь, скажетъ мнѣ:
   - Niente capisco, marchesa.
   Онъ никогда ничего не понимаетъ. Я здѣсь плѣнница, и я думаю, что если я разъ выражу желан³е выѣхать изъ этого замка, мнѣ это не разрѣшатъ. Я не открыла правды моимъ родителямъ. Къ чему? Они уже старые люди и это убыло бы ихъ.
   Мои письма никогда бы пожалуй не попали къ тебѣ, если бы ихъ не относилъ на почту Максимъ. Когда его нѣтъ, ихъ тайкомъ отправляетъ молодая дѣвушка, которая мнѣ прислуживаетъ. Она мнѣ предана, такъ какъ она добра и видитъ, что я страдаю.
   Руки мои дрожатъ, когда я пишу тебѣ это письмо. Я какъ въ лихорадкѣ. Я завѣсила зеркало, такъ какъ не хочу видѣть въ немъ, какъ неестественно я блѣдна.
   Какая тайна кроется въ этомъ ужасномъ ночномъ происшеств³и, Матильда? Я чувствую, что надо мной нависла грозовая туча.
   О, какъ я боюсь слѣдующей ночи! Завтра къ намъ пр³ѣзжаетъ гостья, актриса изъ Рима, Аделина Неттина - говорятъ, она величайшая актриса Итал³и. Она хочетъ про вести нѣсколько дней на лонѣ природы. Мой мужъ сказалъ мнѣ, что она хорошая знакомая Максима. Въ такомъ случаѣ и я ее встрѣчу какъ хорошую знакомую. Пр³ѣзжала бы она поскорѣе! Страхъ передъ одиночествомъ убьетъ меня. Я все ждала письма отъ тебя. Я понимаю, почему ты молчишь. Я знаю, что именно ты можешь мнѣ написать и чувствую, что ты поэтому предпочитаешь мнѣ не писать совсѣмъ.
   Если же у тебя существуетъ намѣрен³е посѣтить меня, то умоляю тебя - откажись отъ него. Графъ Коста не допустилъ бы тебя въ замокъ. Ты не знаешь его безграничной грубости и это столкновен³е привело бы къ страшной катастрофѣ. Если я дѣйствительно должна искупить легкомысл³е моей молодости (Боже мой! Это была только неопытность), то никакая человѣческая сила не можетъ спасти меня отъ моей судьбы.
   Я думаю, что я останусь навсегда въ этомъ замкѣ, и я, представь себѣ, настолько примирилась съ этой мыслью, что она даже не приводитъ меня въ ужасъ. Прощай. Я должна закончить письмо, такъ какъ моей горничной не представится больше возможности снести его тайкомъ на почту. Увижусь ли я когда нибудь съ тобой?

Твоя несчастная Элленъ.

Двѣнадцатое письмо.

Графиня Элленъ Коста графинѣ фонъ Танненъ, въ Берлинъ.

Сентябрь 1904 г.

Дорогой другъ!

   Снова берусь за перо, чтобы хоть въ этомъ найти себѣ утѣшен³е. Послѣ трехъ, спокойно проведенныхъ ночей, сегодня ночью снова повторилось то, ужасное.
   Актриса Аделина Неттина пр³ѣхала вчера. Она очень симпатичная женщина, не молодая, но очень красивая.
   Мы въ столовой познакомились ближе, такъ какъ, когда она только что пр³ѣхала въ замокъ, я видѣла ее только мелькомъ. Она ненавидитъ меня, Матильда. Это сказывается въ каждомъ ея взглядѣ, ея жестѣ, каждомъ ея движен³и? Почему она питаетъ ко мнѣ ненависть? Я не могу себѣ это объяснить. Ея антипат³я ко мнѣ тотчасъ же и поставила между нами пропасть, которая явилась для насъ непреодолимой преградой, какъ мы не воспитаны.
   Она холодна, нелюбезна. Иногда только кажется мнѣ, что какъ будто на ея строгомъ лицѣ появляется мягкое выражен³е. Она видитъ, что я страдаю. Это повидимому ее трогаетъ. Неужели она ненавидитъ меня по тѣмъ же причинамъ, по которымъ я страдаю?
   Я продолжаю прерванное вчера вечеромъ письмо. Пишу тебѣ рано утромъ.
   Неттина покинула послѣ обѣда столовую и удалилась въ свою комнату. Я послѣдовала ея примѣру. Должно быть было около полуночи. Мѣсяцъ освѣщалъ мою спальную. Я потушила огонь и только что стала засыпать, какъ вдругъ почувствовала прикосновен³е холодной руки. Я вскочила испуганная и снова увидѣла передъ собой оскаленный черепъ смерти.
   Мнѣ казалось, что издалека доносится ко мнѣ какой то странный голосъ. Но я была не въ состоян³и понимать что-либо.
   Мой крикъ донесся до комнаты Неттины. Она тотчасъ же появилась въ моей комнатѣ въ легкомъ пеньюарѣ. Я видѣла, какъ она страшно поблѣднѣла и, прислонившись къ стѣнѣ, смотрѣла широко открытыми глазами на привидѣн³е, которое молча прошло мимо нея. Хлопнули двери и снова все стихло.
   Когда я осмотрѣлась, Неттины уже не было въ моей спальной.
   Я долго сидѣла, устремивъ куда то свой взоръ, безъ всякой мысли, безъ сознан³я.
   Вдругъ дверь въ спальную снова открылась и тихо вошла какая то фигура.
   Это была Неттина.
   Она подошла къ моей постели и опустилась передо мной на кресло. Она схватила мои руки и устремила на меня взглядъ, полный сострадан³я и участ³я.
   - Какое ужасное видѣн³е, прошептала я.
   - Да, ужасное тѣмъ, что оно необъяснимо, отвѣтила мнѣ актриса. Вашей жизни угрожаетъ опасность, графиня.
   Я взглянула на нее съ удивлен³емъ
   - Какое отношен³е имѣетъ это привидѣн³е къ моей жизни?
   - Я не знаю, но оно васъ убьетъ!
   Я вскочила съ кровати.
   - Да, крикнула я въ лихорадкѣ. Вы правы. Оно убьетъ меня, Неттина дайте мнѣ совѣтъ!
   Она медленно покачала головой.
   - Я не могу, проговорила она. Я можетъ быть могу сдѣлать что нибудь для васъ впослѣдств³и.
   Затѣмъ голова ея склонилась на край моей кровати и слезы показались на ея глазахъ.
   - Простите меня, прошептала она.
   Я обняла ее.
   - За что мнѣ прощать васъ, Неттина?
   - О! я васъ ненавидѣла.
   - Я это отлично видѣла. Но почему? Что я могла вамъ сдѣлать, чтобы вы меня ненавидѣли?
   Она тряхнула головой.
   - Оставимъ этотъ разговоръ, графиня. Я могла бы вамъ разсказать еще больше, гораздо больше. Оставимъ это! Будьте на сторожѣ! О, какой онъ дьяволъ!
   Она больше ничего не сказала и мы провели остатокъ ночи въ молчан³и.
   Но я все знаю.
   Она называетъ его дьяволомъ? Но не слишкомъ ли мягкое это выражен³е по отношен³ю къ этому человѣку, въ которомъ воплотились всѣ преступлен³я и пороки?
   О какъ я его ненавижу! Какъ я его ненавижу!
   Если бы онъ пришелъ теперь и если бы у меня въ рукахъ былъ кинжалъ, я убила бы, растерзала этого мерзавца, который съ презрительной насмѣшкой попираетъ своими покрытыми грязью ногами счастье невинныхъ женщинъ.
   Можетъ быти я еще не знаю всю низость его души.
   Зачѣмъ я попала въ этотъ домъ? Горе мнѣ?
   Здѣсь царствуетъ смерть.
   Неттина уѣзжаетъ сегодня утромъ. Она помирилась со мной. Да и можетъ ли она меня ненавидѣть, зная мою судьбу?

Элленъ.

   P. S. Я еще не имѣла удобнаго случая отправить это письмо.
   Она поцѣловала меня передъ старымъ камердинеромъ графа и сказала мнѣ съ странной улыбкой.
   - Вы отомстите за меня, графиня, за меня, за себя и за весь нашъ женск³й родъ, надъ которымъ надругались. Предсказываю это и вамъ и ему.
   Затѣмъ она снова стала серьезной и поцѣловала мои руки.
   Старикъ все это слышалъ и видѣлъ. На его лицѣ мелькала отвратительная улыбка.
   Теперь я опять одна. Я нѣсколько разъ въ день испытываю себя, нахожусьли я въ полномъ разумѣ.
   Только что старикъ сообщилъ мнѣ, что сегодня возвращается графъ со своимъ пр³ятелемъ.
   Я вся какъ въ лихорадкѣ.
   Въ глазахъ моихъ неестественный блескъ, губы мои лихорадочно дрожатъ.
   Страшная ярость овладѣла мной и я тщетно стараюсь ее подавить.
   Развѣ я не безсильна по отношен³ю къ нему.
   О Матильда, я не знаю, буду ли я имѣть возможность еще разъ написать тебѣ, такъ какъ я чувствую, что дѣло подходитъ къ концу.
   Помоги мнѣ, если это въ твоихъ силахъ. Я чувствую, что должна умереть. Меня еще можно спасти.
   Но если предоставить меня моей судьбѣ, я чувствую, что меня ждетъ или съумасшеств³е или смерть.
   Прощай

быть можетъ навсегда

твоя Элленъ.

  

Тринадцатое письмо.

Графиня фонъ-Танненъ графу Стагарту, въ Берлинъ.

Берлинъ, октябрь 1904 г.

Дорогой другъ!

   Только что я вспомнила обѣщан³е, которое вы мнѣ когда-то дали:
   "Если вамъ когда-либо понадобится помощь, при какихъ бъ это ни было обстоятельствахъ, пазовите меня. Мои знан³я и опытъ всецѣло въ вашемъ распоряжен³и".
   Насталъ день, когда я должна обратиться къ вамъ. Посылаю вамъ при семъ пачку писемъ. Прочтите внимательно эту переписку, мнѣ незачѣмъ давать вамъ как³я-либо объяснен³я. Вы сами поймете въ чемъ дѣло.
   Спасите эту несчастную, всѣми брошенную женщину.
   Предоставляя вамъ полную свободу дѣйств³й.
   Вашъ другъ.

Графиня Матильда фонъ-Танненъ.

  

Выдержка изъ октябрьскаго номера римской газеты "Tribuna".

  

Таинственное преступлен³е.

   Вчера ночью былъ найденъ убитымъ графъ Викторъ Коста, послѣдн³й отпрыскъ одного изъ самыхъ знатныхъ итальянскихъ родовъ. Обстоятельства преступлен³я еще не вполнѣ выяснены, хотя уже теперь почти выяснено по даннымъ слѣдств³я, что уб³йцей оказывается жена его, англичанка по рожден³ю. Дальнѣйш³е розыски покажутъ, совершила ли она это преступлен³е безъ посторонней помощи.
   Обстоятельства преступлен³я таковы: Графъ Коста вернулся вчера вечеромъ въ свой замокъ Ламерто у Камерино въ сопровожден³и своего друга, извѣстнаго русскаго писателя Максима Достевича. Друзья поспорили изъ за чего то и ссора ихъ кончилась тѣмъ, что Коста бросился съ револьверомъ въ рукѣ на своего беззащитнаго друга, который спасся въ аппартаменты графини, взявшей его подъ свою защиту.
   Слѣдств³емъ этого явилось столкновен³е между обоими супругами. Послѣ того какъ Достевичъ поспѣшилъ въ свою комнату и тоже вооружился, графъ удалился подъ угрозами своего друга, но затѣмъ снова вернулся и произвелъ выстрѣлъ въ Достевича, который отвѣтилъ тѣмъ-же. Въ виду царившей на лѣстницѣ темноты оба стрѣлявш³е промахнулись и вернулись затѣмъ въ свои комнаты.
   На слѣдующее утро старый камердинеръ нашелъ графа мертваго на полу спальни, покрытаго пятнадцатью ранами. Полицейск³я власти, которымъ тотчасъ же дали знать о преступлен³и, прибыли изъ Камерино, произвели осмотръ дома и нашли окровавленный кинжалъ въ комнатѣ графини.
   Она сама давала на всѣ вопросы безсвязные, уклончивые отвѣты и была по телеграммѣ римской полиц³и арестована и препровождена въ Римъ.
   Максимъ Достевичъ, протестовавш³й противъ этого ареста и угрожавш³й стрѣлять въ полицейскихъ, былъ тоже арестованъ, но благодаря вмѣшательству русскаго посольства былъ скоро выпущенъ на свободу.
   Какъ мы узнали изъ достовѣрнаго источника прокурорск³й надзоръ намѣревается привлечь его къ суду по обвинен³ю въ пособничествѣ.
   Весь Римъ находится въ весьма понятномъ волнен³и.
   Полиц³и съ трудомъ удалось оградить графиню при препровожден³и въ тюрьму отъ ярости толпы.
   Какъ мы слышали въ этомъ сенсац³онномъ процессѣ будетъ играть нѣкоторую роль и знаменитая наша трагическая артистка Аделина Неттина.
  

Четырнадцатое письмо.

Фрицъ Стагартъ Максу Ладенбургу, въ Берлинъ.

Камерино, октябрь 1904 г.

   Къ сожалѣн³ю я явился слишкомъ поздно, чтобы своевременно разобраться въ этомъ запутанномъ дѣлѣ. Ты знаешь всѣ подробности. Посылаю тебѣ вмѣстѣ съ симъ номеръ "Tribuna", изъ котораго ты узнаешь дальнѣйшее развит³е этого таинственнаго происшеств³я.
   Я подвергъ трупъ графа тщательному осмотру. Тѣло покрыто колотыми ранами, которыя очевидно наносились съ такой силой, чтобы можно предполагать здѣсь скорѣе руку мужчины, чѣмъ женщины. Я навѣрно началъ бы производить поиски въ этомъ направлен³и, если бы одно открыт³е не привело меня къ убѣжден³ю, что уб³йца - женщина. На воротникѣ убитаго при микроскопическомъ изслѣдован³и ясно сказался кровавый слѣдъ пальца, который могъ принадлежать только женщинѣ. Это важное открыт³е, я предварительно скрою отъ всѣхъ. Во всякомъ случаѣ женщина должно быть была въ припадкѣ безумной ярости, иначе ни чѣмъ не объяснить то, что она была въ состоян³и нанести так³я страшныя раны сильному мужчинѣ. Виновна ли дѣйствительно въ уб³йствѣ графиня, никто не знаетъ. Я прежде всего допросилъ актрису Аделину Неттина и она доказала мнѣ свое alibi въ эту ночь.
   Она находилась въ Римѣ, такъ что въ преступлен³и могла принимать только косвенное участ³е.
   - Я знала, что дѣло кончится этимъ, сказала она со слезами на глазахъ.
   - Какъ такъ? спросилъ я представляясь крайне удивленнымъ, хотя я нисколько не сомнѣвался въ томъ, что она всѣми силами своей души ненавидитъ графа.
   - Да развѣ этотъ негодяй не заслужилъ тысячу разъ смерти, воскликнула она съ горячностью. Развѣ онъ не обманывалъ, не унижалъ, не оскорблялъ эту бѣдную женщину. Развѣ она не должна была быть женщиной безъ чести и темперамента, чтобы все это спокойно переносить?
   - Вы значитъ думаете, что графиня - уб³йца? спросилъ я актрису.
   - Конечно. Я въ этомъ убѣждена. Она еще недавно, когда я гостила въ замкѣ, находилась въ состоян³и душевнаго разстройства, такъ что по ночамъ ей являлись привидѣн³я и она даже меня силою гипноза заставляла вѣрить ихъ появлен³ю.
   - А вы сами привидѣн³е не видали?
   Я взглянулъ ей прямо въ глаза.
   - Вѣдь я вамъ уже сказала, отвѣтила она, что я была какъ бы подъ гипнотическимъ вл³ян³емъ графини и что она внушила мнѣ тѣ же безумныя видѣн³я, которыя представлялись ей самой. Когда я покинула замокъ и снова овладѣла своими нервами, я стряхнула съ себя это навожден³е.
   - Значитъ, вы не думаете, что графиню посѣтило ночью привидѣн³е?
   Она расхохоталась мнѣ въ лицо.
   - Развѣ смерть прогуливается по ночамъ? воскликнула она. Неужели вы думаете, что она выбрала своимъ мѣстопребыван³емъ какъ разъ замокъ Ламерто.
   - Почему же нѣтъ, возразилъ я. Вѣдь она же нашла себѣ тамъ работу.
   Она замолчала и пораженная взглянула на меня.
   Я произвелъ подробный осмотръ замка, двери котораго растворились передо мной, благодаря помощи властей и несмотря на сопротивлен³е старика лакея.
   Странное мрачное здан³е! Настоящ³й разбойнич³й замокъ, какъ-бы созданный для таинственныхъ преступлен³й. Описан³е внутренняго расположен³я замка не представляетъ интереса.
   Только одинъ флигель возбудилъ мое особенное вниман³е. Мрачная лѣстница съ четырьмя тяжелыми желѣзными дверями вела въ какую-то башню. Это обстоятельство показалось мнѣ интереснымъ. Я поднялся по узкимъ каменнымъ ступенькамъ, сырымъ и поэтому покрытымъ мохомъ, и попалъ въ маленькую, пустую комнату. Я уже собирался уходить, какъ вдругъ я замѣтилъ нѣкоторую странность въ архитектурѣ стѣны. Я нашелъ потайную дверь, которая уступила первому моему напору и очутился въ комфортабельно убранной старинной мебелью комнатѣ.
   Въ нишѣ стояла великолѣпная кровать, на которой, судя по всѣмъ признакамъ, еще недавно лежали.
   Но это было все что я могъ открыть, а это конечно, очень мало. Старикъ утверждаетъ, что графъ иногда жилъ въ этой комнатѣ. Я теперь направлю всѣ свои поиски въ одну сторону. Не удивляйся, если ты въ течен³и нѣкотораго времени, не получишь отъ меня никакихъ извѣст³й.
   Я теперь намѣреваюсь предупредить совершен³я новаго преступлен³я и я думаю, что на этотъ разъ я не опоздаю.

Твой Стагартъ.

  

Отчетъ въ газетѣ "Трибуна", о процессѣ графини Коста и писателя Максима Достевича, обвиняемыхъ въ уб³йствѣ графа Коста.

   Никогда еще ни одинъ процессъ не возбуждалъ такой сенсац³и какъ настоящ³й процессъ и ни одно дѣло не принимало такого неожиданнаго, невѣроятнаго оборота. Мы еще разъ напомнимъ нашимъ читателямъ о дѣйствующихъ лицахъ этой драмы, чтобы дать ясную картину драмы развертывающейся на судѣ и оттѣнить неожиданность поразившую всѣхъ въ послѣдн³й день судебнаго разбирательства.
   Передъ судьями стоитъ молодая, ослѣпительно красивая женщина съ стройной, дѣвичьей фигурой. Она въ траурѣ. По бѣлоснѣжной шеѣ ея вьются свѣтлые локоны.
   Она очень блѣдна, но спокойна и хладнокровна. Ея темные глаза смотрятъ куда-то вдаль.
   Это обвиняемая графиня Коста.
   Рядомъ съ ней стоитъ Максимъ Достевичъ, красивый, высок³й господинъ. Онъ мраченъ и нервно возбужденъ. Взглядъ его время отъ времени съ презрѣн³емъ переходитъ отъ судей къ публикѣ.
   Отвѣты его точны, опредѣленны, но рѣзки, такъ что предсѣдатель въ течен³и судебнаго разбирательства не разъ долженъ былъ призывать къ порядку.
   Только когда взглядъ его встрѣчается со взглядомъ графини, кажется, что онъ...
   Но не будемъ предупреждать событ³й.
   Улики противъ графини неопровержимы, онѣ опутываютъ ее крѣпкими цѣпями. Симпат³и всѣхъ на ея сторонѣ. Но право и законъ противъ нея.
   Предсѣдатель прочитываетъ грифини письма къ ея подругѣ баронессѣ фонъ-Танненъ, въ Берлинѣ.
   Извѣстно, что графъ Коста былъ легкомысленнымъ жуиромъ. Графиня была съ нимъ очень несчастлива.
   - Любили вы вашего супруга, спросилъ предсѣдатель.
   - А развѣ иначе я вышла бы за него замужъ? отвѣтила графиня.
   Предсѣдатель. Ваша любовь превратилась скоро въ ненависть?
   Графиня. Да.
   Предсѣдатель. Ненависть эта приняла так³е размѣры, что вы даже писали вашей подругѣ, что вы способны заколоть вашего супруга.
   Графиня, Да, я написала это въ минуту страшнаго возбужден³я.
   Предсѣдатель. Вскорѣ послѣ этого вашъ супругъ былъ заколотъ кинжаломъ, причемъ окровавленное оруж³е это было найдено въ вашей спальнѣ.
   (Движен³е въ публикѣ).
   Графиня. Въ этомъ преступлен³и я невиновна. Я не хочу оспаривать того, что я была въ состоян³и его совершить, но я его не совершала.
   Предсѣдатель. Среди бумагъ убитаго найдено письмо главной свидѣтельницы Аделины Неттина. Въ немъ она угрожаетъ графу смертью. Свидѣтельница признаетъ, что написала это письмо въ припадкѣ гнѣва.
   Свидѣтельница. Да, это такъ. Я потомъ и забыла объ этомъ.
   Предсѣдатель. Это значитъ установлено. Вы уѣхали за день до совершен³я преступлен³я. Послѣдн³я ваши слова крайне странны. Позовите лакея.
   Допрошенный въ качествѣ свидѣтеля лакей показываетъ, что графиня и синьорина Неттина провели вмѣстѣ почти всю ночь въ спальнѣ графини. Разговоръ велся шепотомъ. Утромъ обѣ онѣ были въ величайшемъ волнен³и. При прощан³и синьорина Неттина сказала графинѣ:
   - Вы отомстите за меня.
   (Движен³е въ публикѣ).
   Въ послѣдн³е дни графиня вообще была въ крайне возбужденномъ состоян³и и ее почти нельзя было узнать. Вообще она относилась совершенно безразлично къ графу, но въ день уб³йства она неоднократно справлялась о томъ, когда долженъ пр³ѣхать графъ.
   Предсѣдатель. Можете вы объяснить намъ это обстоятельство, графиня?
   Графиня. Я страдала галлюц³онац³ями и мнѣ не разъ являлась въ этомъ замкѣ смерть.
   (Свидѣтельница Аделина Неттина подтверждаетъ справедливость словъ графини).
   Предсѣдатель (обращаясь къ Максиму Достевичу). Почему между графомъ Коста и вами, его лучшимъ другомъ, произошла ссора?
   Максимъ Достевичъ молчитъ.
   Предсѣдатель. Вамъ тяжело отвѣчать на этотъ вопросъ?
   Максимъ Достевичъ (бросая взглядъ на графиню). Я отказываюсь отвѣчать.
   Предсѣдатель. Графъ обвинялъ васъ въ томъ, что вы соблазнили его жену.
   Максимъ Достевичъ. Кто это сказалъ?
   Предсѣдатель. Камердинеръ, который находился въ сосѣдней комнатѣ и слышалъ вашу ссору.
   Максимъ Достевичъ. Да, графъ бросилъ мнѣ въ лицо этотъ упрекъ, потому что я протестовалъ противъ его недостойнаго обхожден³я съ графиней. Я всегда былъ только ея преданнымъ другомъ.
   Графиня. Это новое обвинен³е слишкомъ низко, чтобы я чувствовала себя обязанной защищаться отъ него.
   Предсѣдатель. Тѣмъ не менѣе все говоритъ противъ васъ, нѣтъ ни одного обстоятельства въ вашу пользу. Можете вы намъ объяснить, какимъ образомъ окровавленный кинжалъ попалъ въ вашу спальню?
   Графиня. Я это не знаю.
   (Движен³е среди судей и публики).
   Предсѣдатель. Графиня, я обращаю ваше вниман³е на то, что этотъ кинжалъ является самой тяжелой уликой противъ васъ. Я еще разъ настоятельно предлагаю вамъ сказать всю правду. Полнымъ сознан³емъ вы только облегчите свою судьбу. Какимъ образомъ попало это оруж³е въ вашу комнату?
   Графиня (поднявъ руки къ небу). Клянусь Создателемъ, что я тутъ не причемъ!
   Судебное слѣдств³е, главные фазисы котораго мы привели въ сокращенномъ видѣ, было этимъ закончено.
   У всѣхъ уже составилось мнѣн³е о виновности графини.
   Поднялся прокуроръ, чтобы начать свою обвинительную рѣчь.
   Вдругъ произошло нѣчто неожиданное, необыкновенное. Открылась дверь и вошелъ какой-то господинъ.
   Это былъ знаменитый сыщикъ Фрицъ Стагартъ, который уже занимался разслѣдован³емъ этого преступлен³я. Онъ сказалъ нѣсколько словъ защитнику графини.
   Тотъ вскочилъ съ мѣста и воскликнулъ:
   - Я требую во имя справедливости, чтобы судъ выслушалъ показан³е еще одной, самой главной свидѣтельницы!
   Судъ рѣшилъ удовлетворить требован³е защитника.
   Снова открылась дверь.
   Крикъ ужаса пронесся по залу засѣдан³й. Публика въ паникѣ бросилась бѣжать изъ залы. Часть судей вскочила съ мѣста. Ужасное смятен³е овладѣло всѣми.
   Въ залъ сошла смертъ, свидѣтельница въ пользу графини Коста.
   Стройная фигура, закутанная въ бѣлыя, покрытыя кровью одежды. Не было видно ни рукъ, ни ногъ, всѣмъ сразу бросился въ глаза громадный черепъ скелета съ оскалившимся ртомъ и глубокими глазными впадинами.
   И кровавыя пятна на бѣлой одеждѣ.
   Среди всеобщаго смятен³я и волнен³я раздался голосъ графини, глаза которой широко раскрылись отъ ужаса:
   - Это она! Это смерть!
   Затѣмъ она упала безъ чувствъ. Наконецъ, волнен³е улеглось. Сыщикъ подошелъ къ таинственной фигурѣ и удалилъ черепъ.
   Передъ нами открылось поразительно красивое лицо женщины. Она была блѣдна какъ смерть.
   Громко произнесла она по-французски:
   - Я уб³йца графа Коста.
   Послѣ того, какъ улеглось волнен³е, вызванное этими словами, поднялся предсѣдатель суда и спросилъ:
   - Кто вы такая?
   - Я дочь генерала Деструша, умершаго четыре года тому назадъ. Я осталась послѣ смерти отца богатой сиротой и вышла замужъ за графа Коста, который жилъ въ то время въ Парижѣ подъ ложнымъ именемъ князя Дещинскаго. Получивъ мое состоян³е онъ заключилъ меня въ замокъ Ламортъ и послѣ того, какъ я однажды съ помощью пастуха пыталась бѣжать оттуда, онъ заставилъ меня носить эту маску, которую я не могла снять безъ посторонней помощи. Почти безпрерывно три года я принуждена была смотрѣть на свѣтъ Бож³й черезъ эти глазныя впадины и не могла выговорить ни слова. Когда я увидала новую жертву Коста, мною овладѣло глубокое сострадан³е къ ней. Я дѣлала нѣсколько разъ попытки приблизиться къ несчастной, но внѣшн³й видъ мой приводилъ ее въ ужасъ. Въ ту ночь мнѣ удалось пробраться въ спальню графа, который былъ мнѣ ненавистнѣе всѣхъ на свѣтѣ. Я убила его и положида кинжалъ въ спальную графини для того, чтобы она знала, что она освобождена отъ своего тирана. О послѣдств³яхъ моего поступка я не думала. Безум³е затемнило мой мозгъ. Я бѣжала изъ замка и безцѣльно скиталась въ Апенинскихъ лѣсахъ, избѣгая встрѣчи и съ людьми и со звѣрями, питаясь травами и ягодами и преслѣдуемая этимъ человѣкомъ, которому, наконецъ, удалось меня настигнуть. Ему я обязана тѣмъ, что разумъ снова вернулся ко мнѣ и что я явилась сюда, чтобы освободить несчастную графиню.
   Громадное волнен³е охватило публику и судей. Засѣдан³е было прервано. Произведенное дознан³е доказало справедливость словъ молодой женщины.
   Графиня и Максимъ Достевичъ были объявлены свободными отъ суда и слѣдств³я и это объявлен³е вызвало бурный восторгъ публики. Первая жена графа Коста была оправдана, такъ какъ судьи признали, что преступлен³е она совершила въ силу необходимости, а камердинеръ былъ признанъ сообщникомъ графа Коста и приговоренъ къ нѣсколькимъ годамъ тюремнаго заключен³я.
   Такъ окончился самый таинственный процессъ изъ всѣхъ бывшихъ доселѣ во всемъ м³рѣ процессовъ.
  

Пятнадцатое письмо.

Графиня Коста графинѣ фонъ-Танненъ, въ Берлинъ.

Римъ, Декабрь 1904

Дорогая моя!

   Завтра я пр³ѣзжаю къ тебѣ. Сколько разнородныхъ волнен³й и настроен³й пережила я за это время. Но ты вѣдь знаешь всѣ подробности и мнѣ незачѣмъ тебѣ объяснять положен³е вещей.
   Но одно все-таки я должна тебѣ объяснить: со мной пр³ѣзжаютъ два человѣка, которые стали мнѣ дорогими, благодаря пережитому горю.
   Я привезу съ собой привидѣн³е замка Ламортъ, для того, чтобы ты полюбила эту несчастную женщину, которая скорѣе дѣвушка чѣмъ женщина, и вернула ее къ жизни. Я знаю твое доброе сердце и знаю, что ты просьбу мою исполнишь.
   Временами разсудокъ ея мутится, но доктора обѣщаютъ ей полное выздоровлен³е. Подъ покровомъ твоей любви она выздоровѣетъ и я никогда не покину ея. Она останется навсегда со мной и надѣюсь, что она еще познаетъ то счастье, которое теперь познала я.
   Ты уже поняла все, не правда-ли? Родители мои пр³ѣхали и дали свое соглас³е.
   Я выхожу замужъ за Максима Достевича и на этотъ разъ, дорогая моя, я знаю, что мужъ мой человѣкъ достойный моей любви.
   Я не люблю его такъ, какъ любила графа Коста. Любовь моя къ нему сильнѣе. Это безграничное довѣр³е, это чистое, спокойное счастье.
   До скораго свидан³я въ Берлинѣ. Я воспользуюсь моимъ пребыван³емъ у тебя, чтобы вмѣстѣ съ Максимомъ Достевичемъ отблагодарить того человѣка, энерг³и и самопожертвован³ю котораго мы обязаны нашимъ спасен³емъ.
   Я подразумѣваю графа Стагарта, котораго ты успѣла во время послать спасти насъ.
   Какимъ образомъ мнѣ его отблагодарить?
   Я думаю, что онъ будетъ счастливѣе всѣхъ насъ. Вѣдь у него такое доброе сердце, что онъ чувствуетъ себя счастливымъ уже тогда, когда онъ можетъ осчастливить другихъ.

Твоя Элленъ.

  

На днѣ Берлина.

  

Дочь ювелира.

   Въ Берлинѣ, на Бернауской улицѣ находилась маленькая мастерская, принадлежавшая старому ювелиру Максу Денневицу. Этотъ Денневицъ получилъ Желѣзный крестъ еще за войну 1866 года и зарабатывалъ теперь свой хлѣбъ честнымъ трудомъ. Его любили всѣ, и старъ и младъ. Будучи настоящимъ берлинцемъ, въ дни молодости котораго въ Берлинѣ было всего пятьсотъ тысячъ жителей, ювелиръ отличался добродуш³емъ. Старомоднымъ консервативнымъ взглядамъ онъ остался навсегда вѣренъ и ничто не могло измѣнить его убѣжден³й.
   Онъ не зналъ ничего о новой промышленности, онъ не хотѣлъ ничего знать о современныхъ искусствахъ. Онъ продолжалъ фабриковать свои кольца, какъ фабриковалъ ихъ тридцать лѣтъ тому назадъ и кл³енты его были вцолнѣ довольны.
   Дѣло шло отлично и послѣ того какъ Денневицъ потерялъ свою вѣрную жену. Напротивъ, годъ отъ году увеличивалось число заказчиковъ, именно заказчиковъ, а не заказчицъ.
   Причину этого нужно было искать въ дочери ювелира. У мастера Денневица была семнадцатилѣтняя дочь, прекрасная какъ утренняя заря и при этомъ добродѣтельная и умная. Она всегда бывала въ магазинѣ и для каждаго изъ покупателей у нея находилось доброе слово. При этомъ она такъ умѣла себя вести, что никто изъ кл³ентовъ не осмѣливался нарушить границы прилич³я.
   Вполнѣ понятно и нисколько не удивительно, что мног³е и тайно и открыто домогались ея руки. Всяк³й видѣвш³й ее, навѣрное, забывалъ всѣ житейск³я правила о приданомъ, которое въ настоящее время является единственной побудительной причиной для вступлен³я въ бракъ.
   Эти золотыя кудри стоили дороже чѣмъ цѣлый мѣшокъ новыхъ талеровъ и когда улыбка свѣтилась въ ея большихъ, голубыхъ глазахъ, блескъ этихъ глазъ можно было сравнить съ блескомъ только что отчеканеныхъ золотыхъ монетъ. При этомъ она была стройна и изящна, какъ фарфоровая фигурка.
   Можно было предполагать, что Фридерика должна быть всегда веселой и что она должна всегда свѣтиться счастьемъ. Такъ и было до послѣдняго времени. Но не смотря на свою божественную красоту Фридерика была только дѣвушкой, а не богиней и по этому горе коснулось и ее.
   Это произошло въ тотъ день, когда въ мастерскую Денневица поступилъ молодой, жизнерадостный подмастерье. Это было не обыденное происшеств³е, такъ какъ старый, упрямый ювелиръ не считался человѣкомъ, у котораго молодой подмастерье могъ-бы чему нибудь научиться.
   Старое скромное мастерство уступило мѣсто современному, фантастическому и поэтому неудивительно, что никто не хотѣлъ учиться ювелирному мастерству у старомоднаго Денневица. Надо предполагать, что у подмастерья были свои особыя соображен³я, когда онъ помѣстился въ узкой мастерской Денневица и началъ выковывать простыя, безхитростныя кольца.
   Онъ былъ родомъ съ Рейна. Это былъ веселый молодецъ, напѣвавш³й цѣлый день веселыя пѣсни, а вечеромъ пропивавш³й свой скудный заработокъ въ кабачкѣ.
   Мастеру это, конечно, не нравилось и еслибы подмастерье не былъ такой хорош³й и ловк³й работникъ, онъ давно послалъ-бы его ко всѣмъ чертямъ. Но въ виду этого обстоятельства онъ поневолѣ затаилъ свое недовольство.
   Собственно говоря Гансъ - такъ звали молодца - не производилъ хорошаго впечатлѣн³я.
   По всему видно было, что онъ легкомысленный малый и широк³й шрамъ на лбу ясно показывалъ, что во хмѣлю онъ буенъ.
   Тѣмъ не менѣе онъ понравился Фридерикѣ и дѣло пошло такъ, какъ обыкновенно идетъ во всѣхъ подобныхъ истор³яхъ: сначала взгляды украдкой, затѣмъ вздохи и тайныя рукопожат³я и, наконецъ, когда ювелиръ сидѣлъ послѣ работы за кружкой пива въ кабачкѣ съ патр³отическимъ назван³емъ, они сидѣли рядомъ въ укромномъ уголку и говорили какъ можно меньше, чтобы не упустить случая поцѣловаться.
   Однако, Гансъ не былъ-бы вѣренъ самому себѣ, еслибы онъ послѣ подобныхъ сладкихъ свидан³й не отправлялся въ кабачекъ и возвращался навеселѣ домой поздно ночью, когда всѣ добрые люди уже предавались сну. Вполнѣ понятно, что онъ при этомъ сходился со всякаго рода сбродомъ, ютящимся по кабачкамъ сѣверной части Берлина и о его ночныхъ похожден³яхъ ходили самые дурные слухи.
   Фридерика этому не вѣрила, или вѣрнѣе не хотѣла этому вѣрить, такъ какъ любовь дѣлаетъ человѣка не только слѣпымъ, но и глухимъ. Но все-такиже прежняго весел³я ея какъ не бывало и счастье ея чистой любви часто омрачалось тайной тревогой.
   Въ то время однимъ изъ постоянныхъ и лучшихъ кл³ентовъ ювелира былъ одинъ русск³й графъ, который имѣлъ роскошный и изящный домъ въ фешенебельной части Берлина, экипажи, лошадей и, конечно, могъ-бы пр³обрѣтать по своему вкусу болѣе изящныя вещи гдѣ-нибудь въ центрѣ города, чѣмъ здѣсь у захудалаго ювелира.
   Но и у графа Понятовскаго были основан³я, по которымъ онъ такъ часто оставлялъ свой экипажъ на углу, а самъ отправлялся пѣшкомъ въ магазинъ ювелира Денневица.
   Сосѣди ювелира не были дураками и съ живымъ интересомъ слѣдили за ходомъ дѣла.
   Графъ Понятовск³й скоро открылъ, что Денневицъ отправлялся каждый вечеръ въ шесть часовъ выпить кружку пива и когда онъ однажды зашелъ полчаса спустя послѣ ухода ювелира, онъ засталъ въ магазинѣ Фридерику, которая сидѣла въ полутьмѣ. Но при этомъ онъ не замѣтилъ, что еще другой человѣкъ сидѣлъ молча въ углу.
   Фридерика сдѣлала графу поклонъ и спросила, что ему угодно.
   Графъ, красивый мужчина лѣтъ тридцати съ изящными манерами, навѣрное, въ другое время произвелъ-бы впечатлѣн³е на невинную дочь ювелира и овладѣлъ-бы ея сердцемъ. Но это сердце принадлежало уже другому и поэтому Фридерика обращалась съ графомъ съ той вѣжливостью, которую заслуживаютъ постоянные покупатели.
   Въ данномъ случаѣ присутств³е ея возлюбленнаго смутило ее и графъ, конечно, не былъ-бы свѣтскимъ человѣкомъ, еслибы онъ не подумалъ, что Фридерика покраснѣла вслѣдств³е его неожиданнаго прихода.
   Онъ пригласилъ ее сѣсть и самъ опустился на стулъ.
   - Фрейлинъ Фридерика,- проговорилъ онъ задушевнымъ голосомъ,- я имѣю намѣрен³е переговорить завтра съ вашимъ отцомъ объ очень важномъ дѣлѣ, касающимся и васъ и меня. Но прежде чѣмъ рѣшиться на этотъ шагъ, я пришелъ переговорить съ вами. Надѣюсь, вы не откажете удѣлить мнѣ нѣсколько минутъ.
   Фридерика, и не предполагавшая о чемъ ведетъ рѣчь графъ, еще болѣе смутилась и отвѣтила принужденно:
   - Я готова васъ выслушать, графъ, но не лучше-ли будетъ, если вы подождете возвращен³я моего отца?
   - О, нѣтъ! - воскликнулъ графъ.- То, что я вамъ скажу должно быть сказано наединѣ. Но такъ какъ я вамъ не скажу ничего такого, чего не можетъ знать вашъ отецъ, то вы можете вполнѣ положиться на меня.
   Я родомъ изъ русской Польши, гдѣ я владѣю нѣсколькими помѣстьями. Я достаточно богатъ, чтобы жить такъ, какъ мнѣ хочется и покидая свою родину я далъ себѣ слово вернуться въ свой родовой замокъ только тогда, когда найду себѣ жену. До сихъ поръ я не нашелъ то, чего искалъ, такъ какъ я не забочусь о приданомъ, а обращаю вниман³е только на чистоту сердца и благородство души. Въ васъ, фрейлейнъ Фридерика, я нашелъ и то и другое и я достаточно знаю васъ, чтобы предложить вамъ откровенный вопросъ: хотите быть моей женой?
   Онъ быстро поднялся и поцѣловалъ Фридерикѣ руку.
   Въ ожидан³и стоялъ онъ передъ ней, а онамолча сидѣла на стулѣ опустивъ головку.
   Она сильно поблѣднѣла, такъ какъ она знала, что предложен³е графа дѣлаетъ ей честь и ей съ одной стороны было искренне жаль отказать ему, тогда какъ съ другой стороны она искренне жалѣла Ганса, который невольно долженъ былъ явиться молчаливымъ свидѣтелемъ этой сцены.
   - Графъ, проговорила она наконецъ, благодарю васъ отъ всего сердца

Категория: Книги | Добавил: Armush (21.11.2012)
Просмотров: 328 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа