Главная » Книги

Толстой Лев Николаевич - Том 41, Произведения 1904-1908, Полное собрание сочинений, Страница 16

Толстой Лев Николаевич - Том 41, Произведения 1904-1908, Полное собрание сочинений



ия челове­чества, новые люди выходят из мрака во все большем и боль­шем количестве, в особенности за последние 100 лет, и люди эти во имя разума, науки, наблюдения отрицают то, что счи­талось истинами, объявляют их относительными и хотят раз­рушить те учения, которые их содержат.
   А между тем та сила, какая бы она ни была, которая со­творила мир, так как он, как мне кажется, все-таки не мог со­твориться сам, сделав нас своими орудиями, удержала за собой право знать, зачем она нас сделала и куда она нас ведет. Сила эта, несмотря на все намерения, которые ей приписы­вали, и на все требования, которые к ней предъявляли, - сила эта, как кажется, желает удержать свою тайну, и потому (я скажу здесь все, что думаю) мне кажется, что человечество начинает отказываться от желания проникнуть в нее. Челове­чество обращалось к религиям, которые ничего не доказали ему, потому что они были различны; обращалось к филосо­фиям, которые не более тога разъясняли ему, потому что они были противоречивы; оно постарается теперь управиться од­но со своим простым инстинктом и своим здравым смыслом, и, так как оно живет на земле, не зная зачем и как, оно поста­рается быть настолько счастливым, насколько это возможно, теми средствами, которые предоставляет ему наша планета.
   Есть люди, которые предлагают как средство против всех затруднений в жизни труд. Лекарство известное, и от этого оно не менее хорошо, но оно всегда было я продолжает быть недостаточным. Пусть работает человек своими мускулами или своим умом, все-таки никогда не может быть его единст­венной заботой приобретение пищи, наживание состояния или приобретение славы. Все те, которые ограничивают себя этими целями, чувствуют и тогда, когда они достигли их, что им еще недостает чего-то: дело в том, что, что бы ни произво­дил человек, что бы ни говорил, что бы ему ни говорили, он состоит не только из тела, которое надо кормить, и ума, кото­рый надо образовать и развивать, - у него, несомненно, есть еще и душа, которая еще заявляет свои требования. Эта-то душа находится в неперестающем труде, в постоянном разви­тии и стремлении к свету и истине. До тех пор, пока она не получит весь свет и не завоюет всю истину, она будет мучить человека.
   И вот она никогда так не занимала, никогда не налагала с такой силой свою власть на человека, как в наше время. Она, так сказать, разлита во всем том воздухе, который вдыхает мир. Те несколько индивидуальных душ, которые отдельно желали общественного перерождения, мало-помалу отыскали, при­звали друг друга, сблизились, соединились, поняли себя и со­ставили группу, центр притяжения, к которому стремятся те­перь другие души с четырех концов света, как летят жаворон­ки на зеркало: они составили, таким образом, общую душу, с тем чтобы люди вперед осуществляли сообща, сознательно и неудержимо предстоящее единение и правильное движение вперед народов, недавно еще враждебных друг другу. Эту новую душу я нахожу и узнаю в явлениях, которые кажутся более всего отрицающими ее.
   Эти вооружения всех народов, эти угрозы, которые делают друг другу их правители, эти возобновления гонений извест­ных народностей, эти враждебности между соотечественни­ками суть явления дурного вида, но не дурного предзнамено­вания. Это - последние судороги того, что должно исчезнуть. Болезнь в этом случае есть только энергическое усилие живо­го существа освободиться от смертоносного начала. Те, которые воспользовались и надеялись еще долго и всегда пользоваться заблуждениями прошедшего, соединя­ются с целью помешать всякому изменению. Вследствие это­го - эти вооружения, эти угрозы, эти гонения, но, если вы вглядитесь внимательнее, вы увидите, что все это только внеш­нее. Все это огромно, но пусто.
   Во всем этом уже нет души: она перешла в иное место. Все эти миллионы вооруженных людей, которые каждый день уп­ражняются ввиду всеобщей истребительной войны, не ненавидят уже тех, с которыми они должны сражаться, ни один из их начальников не смеет объявить войны. Что касается до уп­реков, даже заражающих, которые слышатся снизу, то уже сверху начинает отвечать им признающее их справедливость великое и истинное сострадание.
   Взаимное понимание неизбежно наступит в определен­ное время и более близкое, чем мы полагаем. Я не знаю, про­исходит ли это оттого, что я скоро уйду из этого мира и. что свет, исходящий из-под горизонта, освещающий меня, уже затемняет мне зрение, но я думаю, что наш мир вступает в эпоху осуществления слов: "любите друг друга", без рассуж­дения о том, кто сказал эти слова: бог или человек.
   Спиритуалистическое движение, заметное со всех сторон, которым столько самолюбивых и наивных людей думают уп­равлять, будет, безусловно, человечно. Люди, которые ничего не делают с умеренностью, будут охвачены безумием, бешен­ством любить друг друга. Это сначала, очевидно, не совер­шится само собой. Будут недоразумения, может быть, и кровавые: так уж мы воспитаны и приучены ненавидеть друг друга часто теми самыми людьми, которые призваны научить нас любви. Но так как очевидно, что этот великий закон брат­ства должен когда-нибудь совершиться, я убежден, что насту­пают времена, в которые мы неудержимо пожелаем, чтобы это совершилось.
  

Александр Дюма.

  
  

22-е апреля

   Познание себя есть познание Бога.

1

  
   Иисус же возгласил и сказал: верующий в меня не в ме­ня верует, но в пославшего меня; и видящий меня видит пославшего меня. Я, свет, пришел в мир, чтобы всякий верующий в меня не оставался во тьме. И если кто услышит мои слова и не поверит, я не сужу его, ибо я пришел не су­дить мир, но спасти мир. Отвергающий меня и не прини­мающий слов моих имеет судью себе: слово, которое я гово­рил; оно будет судить его в последний день. Ибо я говорил не от себя; но пославший меня отец. Он дал мне заповедь, что сказать и что говорить. И я знаю, что заповедь его есть жизнь вечная. Итак, что я говорю, говорю, как сказал мне отец.
  

Ин. гл. 12, ст. 44-50.

  

2

  
   Величайшее знание есть знание самого себя: кто себя позна­ет, тот познает и бога.
  

3

  
   Основное свойство человека - более или менее любить одно и не любить другое - не происходит от пространствен­ных и временных условий; но, напротив, пространственные и временные условия действуют или не действуют на человека только потому, что человек, входя в мир, уже имеет весьма определенное свойство любить одно и не любить другое. Толь­ко от этого и происходит то, что люди, рожденные и воспи­танные в совершенно одинаковых пространственных и вре­менных условиях, представляют часто самую резкую противоположность своего внутреннего я.
  

4

  
   Без чистоты души зачем поклонение богу? Зачем гово­рить: я пойду на поклонение богу? Как может поклоняться богу тот, кто делает зло?
   Святость не в лесах, не на небе, не на земле, не в священ­ных реках. Очисти свое тело, и ты увидишь его. Преврати те­ло в храм, откинь дурные мысли и созерцай бога внутренним оком. Когда мы познаем его, мы познаем самих себя. Без личного опыта одно писание не уничтожит наших страхов, так же как темнота не разгоняется написанным огнем. Какая бы ни была твоя вера и твои молитвы, пока в тебе нет правды, ты не достигнешь пути блага. Тот, кто познает истину, тот ро­дится снова.
   Источник истинного блага - в сердце: безумен тот, кто ищет его в ином месте. Он подобен пастуху, ищущему ягнен­ка, который у него за пазухой.
   Зачем вы собираете камни и строите великие храмы? За­чем мучаете себя так, тогда как бог живет постоянно внутри вас?
   Дворная собака лучше, чем безжизненный идол в доме, и лучше, чем все полубоги, великий бог мира.
   Тот свет, который, как утренняя звезда, живет внутри серд­ца каждого человека, этот свет - наше прибежище.
  

Вамана Пурана.

  
  

5

  
   Странно кричать человеку, который не знает себя, чтобы он от самого себя переходил к богу! Хорошо говорить это че­ловеку, который знает себя.
  

Паскаль.

  

------

  
   Человек может перенести свое я из области подчинен­ной, непостоянной и бедственной в то, что свободно, неиз­менно и радостно: в сознание своей духовной, божественной сущности.
  
  

23-е апреля

  
   Истинное добро всегда просто.
   Простота так привлекательна, так выгодна, что удиви­тельно, как мало людей бывают просты.
  

1

  
   Не ищи счастия за морем. Благодарение всевышнему, что нужное он сделал нетрудным, а трудное - ненужным.
  

Григорий Сковорода.

  

2

  
   Все истинно хорошие вещи дешевы, все вредные - дороги.
  

Торо.

  

3

  
   Каждое приобретение так называемого прогресса сопря­жено с некоторым лишением: общество обогатится, напри­мер, новым изобретением, а между тем утратит некоторое свойство, врожденное каждому из нас. Образованный человек имеет экипажи, но едва владеет своими ногами. У него прекрасные женевские часы, но ему не узнать часа по солнцу. Он купит астрономический календарь и, полагаясь на то, что найдет в нем все нужное, не сумеет отличить ни одной звезды на небе, не подметит ни осеннего, ни весеннего равноденст­вия.
   Разумный человек, откидывая все излишнее, в конце кон­цов возвращается к тому, что для него необходимо.
  

Эмерсон.

  

4

  
   Почти все наши расходы делаются для того, чтобы быть похожими на других.
  

Эмерсон.

  

5

  
   Служи общему делу - делай дело любви - словом, воз­держанием, усилием: тут не сказал словечка дурного, не сде­лал того, что было бы хуже, тут преодолел робость и ложный стыд и сделал и сказал то, что надо, что хорошо, то, что лю­бовно, - все крошечные, незаметные поступки и слова, и из этих-то горчичных зерен вырастает дерево любви, закрываю­щее ветвями весь мир.
  
  

6

  
   Не нужно искать подвигов. Если только будешь делать то, что от тебя требуется сейчас в том положении, в котором ты находишься, наилучшим образом, по-христиански, вовсю, то жизнь будет полна, и нечего будет искать подвигов.
  

7

   Всякое величайшее дело делается в условиях незаметнос­ти, скромности, простоты: ни пахать, ни строить, ни пасти скотину, ни мыслить даже нельзя при громе и блеске. Вели­кие, истинные дела - всегда просты, скромны.
  

------

  
   Менее всего просты люди, желающие казаться простыми. Умышленная простота есть самая большая и неприятная ис­кусственность.
  
  

24-е апреля

  
   Истинное мужество в борьбе свойственно только тому, кто знает, что его союзник - бог.
  

1

  
   В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: я победил мир.
  

Ин. гл. 16, ст. 33

  

2

  
   Подвизайся за истину до смерти - и бог поборет за тебя.
  

Иисус, сын Сирахов.

  

3

  
   Счастлив тот, кто, отвергнув побуждения и причины, по которым обыкновенно действует человечество, решается иметь доверие к самому себе. Высока должна быть душа, тверда воля, ясен взгляд у того, кто может заменить себе общество, обычай, постановления и довести себя до того, чтобы одно внутреннее убеждение имело над ним ту же силу, какую для других имеет "железная необходимость".
  

Эмерсон.

  

4

  
   Что бы ни случилось, не теряй бодрости. Ничего дурного, не свойственного тебе, как человеку, случиться не может.
  

5

  
   Все неопределенно, гуманно и мимолетно, одна доброде­тель и ясна и не может быть сокрушена никаким насилием.
  

Цицерон.

  

6

  
   Человек, отрекающийся от своей личности, могуществен, потому что личность скрывала в нем бога. Как скоро он отки­нул личность, действует в нем уже не он, а бог.
  

7

  
   Раз римская императрица потеряла свои драгоценности. Тогда было объявлено по всей империи следующее: "Кто найдет и возвратит потерю в течение тридцати дней, получит богатое вознаграждение; если же кто возвратит их после тридцати дней, то будет казнен смертью". Еврейский раввин Самуил вскоре нашел потерянные драгоценности, но возвра­тил их по истечении тридцати дней. "Ты был за границей?" - спросила его императрица. "Нет, я был дома", - ответил он. "Но ты, может быть, не знал о том, что было объявлено?" - "Нет, знал", - сказал Самуил. "Так отчего же ты не возвратил их до истечения тридцати дней? Ведь ты подлежишь смерт­ной казни".
   "Я хотел тебе показать, - сказал Самуил, - что не из страха перед наказанием я возвратил тебе твою потерю, а из страха перед господом богом".
  

------

  
   Не жди совершения того божьего дела, которому ты слу­жишь, но знай, что каждое твое усилие не останется бесплод­но и подвигает дело.
  
  

25-е апреля

  
   Человек может сознавать себя телесным и духовным су­ществом. Сознавая себя телесным, человек не может быть свободен. Для духовного же существа не может быть даже во­проса о какой-нибудь несвободе.
  

1

  
   Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово мое и верующий в пославшего меня имеет жизнь вечную и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истин­но говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мерт­вые услышат глас сына божия и, услышавши, оживут. Ибо как отец имеет жизнь в самом себе, так и сыну дал иметь жизнь в самом себе.
  

Ин. гл. 5, ст. 21-26

  

2

  
   Что такое "любовь к богу" как не усиленное стремление внести в свое существование наивысшую творческую энер­гию. Божественная творческая сила заключается во всем, но величайшее ее проявление в этом мире - в человеке; для того же, чтоб она действовала, человек должен признавать ее.
  
   Не признавая того, что он может творить наилучшее, че­ловек неизбежно творит наихудшее.
  

Из "Передовой мысли мира".

  

3

  
   Я знаю, что надо постоянно наблюдать за собою, знаю, что Небо знает все и что его законы неизменны. Я знаю, что оно видит все, входит во все, присутствует во всем. Небо проникает в глубину всех сердец так же, как дневной свет осве­щает темную комнату. Мы должны стремиться отражать его свет так же, как два музыкальные инструмента, одинаково настроенные, отвечают друг другу.
  

Китайский Ши-Кинг.

  

4

  
   Природа человека пряма. Если эта естественная прямота потеряется во время жизни, то человек не может быть счаст­лив.
  

Китайская мудрость.

  

5

  
   Когда думаешь о свойствах души, то гораздо труднее по­нять, что такое душа, заключенная в теле, где она живет, как в чужой стране, чем то, что она такое, когда она освободится от тела и соединится с тем, кого она себя чувствует частью.
  

По Цицерону.

  

6

  
   Только когда истинно, от всей души скажешь, что во всем том, в чем ты знаешь волю бога, ты не имеешь своей, а дела­ешь только то, что Он хочет, только тогда ты сделаешься вполне свободным.
  

Эпиктет.

  

------

  
   Человек чувствует свою свободу в той мере, в которой он переносит свою жизнь из плотского существования в духовное.
  
  

26-е апреля

  
   Сознание бога просто и доступно всякому. Познание его недоступно никакому человеку.
  

1

  
   Человек разумный и скромный, с развитым, но ограни­ченным умом, чувствует свои пределы и не выходит из них и в этих пределах находит понятие своей души и своего творца, сознавая невозможность довести эти понятия до полной яс­ности и созерцать их так, как только чистый дух мог бы созер­цать их. Он с покорностью останавливается перед ними и не дотрагивается до покрова, удовлетворяясь сознанием того, что стоит перед высоким существом. До этого предела только полезна и нужна философия. То, что сверх этого, есть празд­ные отвлеченности, не свойственные человеку, от которых воздерживается разумный человек и которые чужды человеку толпы.
   Все народы мира знают и чтут бога; хотя каждый одевает его по-своему, но под всеми этими одеждами все тот же бог. Избранное меньшинство с более высокими требованиями учения, не удовлетворяясь данными простого здравого смыс­ла, ищет бога более отвлеченного. Я не осуждаю этих людей. Но оно не право, если, становясь на место всего человечест­ва, это меньшинство утверждает, что бог скрыт от людей, по­тому что оно не видит его. Я признаю, что может случиться, что хитрые проделки людей могут на время убедить большин­ство, что нет бога, но эта мода не может продолжаться. И так или иначе, человек будет всегда нуждаться в боге. Если бы, противно закону природы, божество проявилось бы нам с еще большей очевидностью, я уверен, что люди, противные богу, придумали бы новые тонкости, чтобы отрицать его. Разум всегда подчиняется тому, чего требует сердце.
  

Руссо.

  
  
  

2

  
   Самое для меня несомненное из всего на свете - это мое со­знание себя в настоящем.
  

3

  
   Вера в бога так же свойственна природе человека, как способность его ходить на двух ногах; вера эта может у неко­торых людей видоизменяться и даже совсем заглохнуть, но, как общее правило, она существует и необходима для разум­ной жизни.
  

По Лихтенбергу.

  

4

  
   Одинаково непостижимы положения, что есть бог и что нет его, что есть душа в теле и что нет в нас души, что мир со­творен и что он не сотворен.
  

Паскаль.

  

5

  
   Религия - от бога, а богословие - от людей.
  

Д' Эшерни.

  

------

  
   Живи в боге, живи с богом, сознавая его в себе, и не пы­тайся определять его словами.
  
  

27-е апреля

  
   Недобрые чувства вызывают осуждение людей, но очень часто осуждение людей вызывает в нас недобрые к ним чувст­ва, и тем более недобрые, чем больше мы осуждаем их.
  

1

  
   Не судите, да не судимы будете; ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твое­го, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или, как скажешь брату твоему: дай я выну сучок из глаза твоего, а вот в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего.
  

Мф. гл. 7, ст. 1-5.

  

2

  
   Одно из самых обычных и распространенных суеверий то, что каждый человек имеет свои определенные свойства, что бывает человек добрый, злой, умный, глупый, горячий, холодный и т. д. Люди не бывают такими.
   Мы можем сказать про человека, что он чаще бывает добр, чем зол, чаще умен, чем глуп, чаще горяч, чем холоден, и на­оборот, но будет неправда, если мы скажем про одного чело­века, что он всегда добрый или умный, а про другого, что он всегда злой или глупый. А мы всегда так делим людей. И это неверно.
  

3

  
   Вы видите слабость ближнего, но не знаете, что, может быть, один из его поступков приятнее богу, чем вся ваша жизнь. Если даже ваш ближний имел несчастие пасть, то вы не видали слез, пролитых им прежде, ни последующего затем раскаяния, и, между тем как бог, свидетель его скорби и со­крушения, уже оправдал его, вы продолжаете осуждать его.
  

Из "Благочестивых мыслей".

  
  

4

  
   Если между двумя людьми есть вражда, то виноваты оба. Какую бы величину ни помножить на нуль, будет нуль. Если же произведена вражда, то вражда была и в каждом из враж­дующих.
  

5

  
   Если произошла ссора между людьми, то виноваты в ней, хотя бы в самых различных степенях, непременно оба ссоря­щиеся. Ведь при полной безупречности поведения одной из сторон так же невозможно возгореться ссоре, как невозмож­но зажечься спичке об абсолютно гладкую поверхность, на­пример о зеркало.
  

Б.

  

6

  
   Пойми хорошенько и постоянно помни, что человек всегда поступает так, как ему кажется лучше для себя. Если это на самом деле лучше для него, то он прав: если же он ошибается, то ему же хуже, потому что за всяким заблуждением непре­менно следует и страдание.
   Если ты будешь постоянно помнить это, то ты ни на кого не станешь ни сердиться, ни возмущаться, никого не будешь ни попрекать, ни бранить и ни с кем не будешь враждовать.
  

Эпиктет.

  

------

  
   Живя с близким человеком, хорошо уговориться о том, чтобы останавливать друг друга, как скоро тот или другой на­чнет осуждать ближнего.
  
  

28-е апреля

  
   Несомненное условие счастия есть труд: во-первых, лю­бимый и свободный труд; во-вторых, труд телесный, дающий аппетит и крепкий, успокаивающий сон.
  

1

  
   Жизнь аркадских пастушков и наша возлюбленная при­дворная жизнь обе нелепы и неестественны, хотя и привлека­тельны. Ибо никогда не может быть истинного удовольствия там, где удовольствия превращаются в занятия. Только отдо­хновения от занятий, редкие и краткие и без подготовки, бы­вают истинно приятны и полезны.
  

Кант.

  

2

  
   Телесный труд не только не исключает возможность ум­ственной деятельности, не только улучшает ее достоинство, но и поощряет ее.
  

3

  
   Ручной труд есть долг и счастие для всех; деятельность ума и воображения есть деятельность исключительная; она становится долгом и счастием только для тех, которые к ней призваны. Призвание можно распознать и доказать только жертвой, которую приносит ученый или художник своему покою и благосостоянию, чтобы отдаться своему призванию.
  

4

  
   Надобно бы было включить вечную праздность в муки ада, а ее-то, напротив, поместили среди радостей рая.
  

Монтескье.

  

5

  
   В самом низком труде душа человека успокаивается, как только он берется за работу. Сомненья, печаль, уныние, него­дование, самоотчаяние - все эти бесы караулят бедняка, как и всякого человека, но он бодро возьмется за работу, и все бесы не смеют подойти к нему и только издали ворчат на него. Человек стал человеком.
  

Карлейль.

  

6

  
   Труд есть потребность, лишение которой составляет стра­дание, но никак не добродетель. Возведение труда в достоин­ство есть такое же уродство, каким бы было возведение пита­ния человека в достоинство и добродетель.
  

------

  
   Хочешь доброго расположения духа: трудись до усталос­ти, но не через силу. Хорошее душевное состояние нарушает­ся всегда праздностью и только иногда чрезмерным трудом.
  
  

НЕДЕЛЬНОЕ ЧТЕНИЕ

ЗЕРНО С КУРИНОЕ ЯЙЦО

  
   Нашли раз ребята в овраге штучку с куриное яйцо, с до­рожкой посредине и похоже на зерно. Увидал у ребят штучку проезжий, купил за пятак, повез в город, продал царю за редкость.
   Позвал царь мудрецов, велел им узнать, что за штука та­кая - яйцо или зерно? Думали, думали мудрецы - не могли ответа дать. Лежала эта штучка на окне, влетела курица, стала клевать, проклевала дыру; все и увидали, что зерно. Пришли мудрецы, сказали царю: "Это - зерно ржаное".
   Удивился царь. Велел мудрецам узнать, где и когда это зерно родилось? Думали, думали мудрецы, искали в книгах - ничего не нашли. Пришли к царю, говорят: "Не можем дать ответа. В книгах наших ничего про это не написано; надо у мужиков спросить, не слыхал ли кто от стариков, когда и где такое зерно сеяли?"
   Послал царь, велел к себе старого мужика привести. Ра­зыскали старика старого, привели к царю. Пришел старик зе­леный, беззубый, насилу вошел на двух костылях.
   Показал ему царь зерно, да не видит уже старик; кое-как половину разглядел, половину руками ощупал.
   Стал его царь спрашивать: "Не знаешь ли, дедушка, где такое зерно родилось? Сам на своей поле не севал ли хлеба такого? Или на своем веку не покупывал ли где такого зерна?
   Глух был старик, насилу-насилу расслышал, насилу-на­силу понял. Стал ответ держать: "Нет, - говорит, - на своем поле хлеба такого севать не севал, и жинать не жинал, и покупывать не покупывал. Когда покупали хлеб, все такое же зерно мелкое было, как и теперь. А надо, - говорит, - у моего батюшки спросить; может, он слыхал, где такое зерно рожалось?"
   Послал царь за отцом старика, велел к себе привести. На­шли и отца старикова, привели к царю. Пришел старик ста­рый на одном костыле. Стал ему царь зерно показывать. Ста­рик еще видит глазами, хорошо разглядел. Стал царь его спрашивать: "Не знаешь ли, старичок, где такое зерно роди­лось? Сам на своем поле не севал ли хлеба такого? Или на своем веку не покупывал ли где такого зерна?"
   Хоть и крепонек на ухо был старик, а расслышал лучше сына. "Нет, - говорит, - на своем поле такого зерна севать не севал и жинать не жинал. А покупать не покупывал, пото­му что на моем веку денег еще и в заводе не было. Все своим хлебом кормились, а по нужде - друг с дружкой делились. Не знаю я, где такое зерно родилось. Хоть и крупнее теперешнего и умолотнее наше зерно было, а такого видать не видал. Слыхал я от батюшки - в его время хлеб лучше против нашего раживался и умолотней и крупней был. Его спросить надо".
   Послал царь за отцом стариковым. Нашли и деда; приве­ли к царю. Вошел старик к царю без костылей; вошел легко - глаза светлые, слышит хорошо и говорит внятно. Показал царь зерно деду. Поглядел дед, повертел. "Давно, - говорит, - не видал я старинного хлебушка". Откусил дед зерна, пожевал крупинку.
   - Оно самое, - говорит.
   - Скажи же мне, дедушка, где такое зерно родилось? На своем поле не севал ли ты такой хлеб? Или на своем веку где у людей не покупывал ли?
   И сказал старик: "Хлеб такой на моем веку везде раживался. Этим хлебом, - говорит, - я век свой кормился и людей кормил".
   И спросил царь: "Так скажи же мне, дедушка, покупал ли ты где такое зерно, или сам на своем поле сеял?"
   Усмехнулся старик.
   - В мое время, - говорит, - и вздумать никто не мог такого греха, чтобы хлеб продавать, покупать. А про деньги и не знали; хлеба у всех своего вволю было. Я сам такой хлеб сеял, и жал, и молотил.
   И спросил царь: "Так скажи же мне, дедушка, где ты та­кой хлеб сеял и где твое поле было?"
   И сказал дед: "Мое поле было - земля божья. Где вспа­хал, там и поле. Земля вольная была. Своей земли не знали. Своим только труды свои называли".
   - Скажи же, - говорит царь, - мне еще два дела: одно дело - отчего прежде такое зерно рожалось, а нынче не ро­дится? А другое дело - отчего твой внук шел на двух косты­лях, сын твой пришел на одном костыле, а ты вот пришел и вовсе легко, глаза у тебя светлые и зубы крепкие, и речь ясная и приветная? Отчего, скажи, дедушка, эти два дела сталися?
   И сказал старик: "Оттого оба дела сталися, что перестали люди своими трудами жить - на чужие стали зариться. В ста­рину не так жили: в старину жили по-божьи; своим владели, чужим не корыстовались".
  

Лев Толстой.

  
  
  

29-е апреля

  
   Человек может одинаково исполнить свое назначение в болезненном, как и в здоровом состоянии.
  

1

  
   Если бы человек не сомневался в неразрушимости своей жизни после смерти, то все болезни представлялись бы ему только приближением к переходу из одной жизни в другую - переходу скорее желательному, чем нежелательному, - и тогда он переносил бы боль от болезни так же, как мы переносим боль от напряжения труда, который, мы знаем, кон­чится добром. Во время болей мы имели бы объяснение со­вершающегося с нами и готовились бы к новому состоянию.
  

2

  
   Обыкновенно думают, что можно служить богу и быть полезным людям, только будучи здоровым. Неправда! Часто напротив. Христос больше всего послужил богу и людям, бу­дучи совсем умирающим на кресте, когда он прощал убиваю­щим его. То же может делать всякий человек больной. И нельзя сказать, какое состояние: здоровья или болезни - более удобно для служения богу и людям.
  

3

  
   С тех пор как люди стали думать, они признали, что ничто столь не содействует нравственной жизни людей, как памятование о смерти. Ложно же направленное врачебное искусст­во: вместо того, чтобы заботиться об облегчении страданий, ставит себе целью избавлять людей от смерти и научает их на­деяться на избавление от смерти, на удаление от себя мысли о смерти и тем лишает людей главного побуждения к нравст­венной жизни.
  

4

  
   Для себя только, для служения себе нужно побольше здоро­вья, силы, а для служения богу не только не нужно, но часто - напротив.
  

5

  
   Как часто, имея дело с больными, мы забываем то, что главное, что нужно больному, это не скрывание от него при­ближающейся смерти, а, напротив, призвание его к сознанию своей духовной, растущей божественной природы, не подле­жащей уменьшению или смерти.
  

__________

  
   Болезни почти всегда, уничтожая телесную силу, осво­бождают силу духовную. И для человека, перенесшего свое сознание духовную область, они не лишают его блага, а, на­против, увеличивают его.
  
  

30-е апреля

  
   Казалось бы, нельзя жить, не зная, для чего живешь, и что первое, что человек должен уяснить себе, это смысл своей жизни - тем более что были и есть люди, знающие этот смысл. А между тем большинство людей, считающих себя об­разованными, гордятся тем, что дошли до той кажущейся им высоты, при которой они видят, что жизнь не имеет никакого смысла.
  

1

  
   Есть два различных и противоположных воззрения людей на жизнь.
   Одни говорят: я вижу себя, рожденное от своих родителей существо, так же как и все другие окружающие меня живые существа, живущие в известных, подлежащих моему исследо­ванию и изучению условиях, и изучаю себя и другие сущест­ва, как живые, так и неживые, и те условия, в которых они находятся, и сообразно с этим изучением устанавливаю свою жизнь. Вопросы о происхождении я исследую точно так же и наблюдением и опытом достигаю все большего и большего знания. Вопросы же о том, откуда произошел весь этот мир, зачем он существует и зачем я существую в нем, я оставляю неотвеченными, так как не вижу возможности так же опреде­ленно, ясно и доказательно ответить на них, как я отвечаю на вопросы об условиях существующего в мире. И потому отве­ты на эти вопросы, состоящие в том, что существует бог, от которого я произошел, и что этот бог для известной своей цели определил закон моей жизни, эти ответы на вопросы я не признаю, как не имеющие той ясности и доказательности, которые имеют ответы на вопросы о причинах и условиях различных жизненных явлений.
   Так говорит неверующий человек и, не допуская возмож­ности, какого-либо другого знания, кроме того, которое при­обретается наблюдением, рассуждениями над этими наблю­дениями, он, если и не прав, то совершенно разумно после­дователен.
   Христианин же, признающий бога, говорит: я сознаю себя живущим только потому, что я сознаю себя разумным, сознавая же себя разумным, я не могу не признать того, что жизнь моя и всего существующего должна быть также разум­на. Для того же, чтобы быть разумной, она должна иметь цель. Цель же этой жизни должна быть вне меня - в том существе, для достижения цели которого существую я и все, что существует. Существо это есть, и я должен в жизни испол­нить закон (волю) его. Вопросы же о том, каково то сущест­во, которое требует от меня исполнения своего закона, и когда возникла эта разумная жизнь во мне, и как она возни­кает в других существах во времени и пространстве, т. е. что такое бог: личный или безличный, как он сотворил и сотво­рил ли он мир, и когда во мне возникла душа, в каком воз­расте, и как она возникает в других, и откуда она взялась, и куда уйдет, и в каком месте тела живет, - все эти вопросы я должен оставить неотвеченными, потому что знаю вперед, что в области наблюдения и рассуждения над ними я никогда н

Другие авторы
  • Герцен Александр Иванович
  • Семенов Сергей Александрович
  • Тургенев Николай Иванович
  • Рожалин Николай Матвеевич
  • Кандинский Василий Васильевич
  • Чехова Е. М.
  • Вейсе Христиан Феликс
  • Соловьев-Андреевич Евгений Андреевич
  • Уоллес Эдгар
  • Смирнов Николай Семенович
  • Другие произведения
  • Уайльд Оскар - Impressions
  • Гиппиус Зинаида Николаевна - Златоцвет
  • Соловьев Михаил Сергеевич - Платон. Гиппий больший
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Библиографические и журнальные известия
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - Белый коридор
  • Желиховская Вера Петровна - Князь-рыцарь
  • Чарская Лидия Алексеевна - Прощение
  • Урусов Сергей Дмитриевич - Воспоминания об учебе на юридическом и филологическом факультетах Московского университета в 1881-1885 гг.
  • Олин Валериан Николаевич - Критический взгляд на "Бахчисарайский фонтан"
  • Лисянский Юрий Фёдорович - Путешествие вокруг света на корабле "Нева" в 1803-1806 годах
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (21.11.2012)
    Просмотров: 289 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа