Главная » Книги

Чапыгин Алексей Павлович - Из повести "На Лебяжьих озерах", Страница 4

Чапыгин Алексей Павлович - Из повести "На Лебяжьих озерах"


1 2 3 4

align="justify">   С силой, которой не ожидал Ваган в тощем теле зверя, медведица, обхватив валежину, тряхнула ее так, что на дальнем конце замотались сучья, а старая ель упала с пня. Вагана подбросило, он соскочил в болото берега и ушел по пояс в грязь.
   Рогатина упала в воду, плот с медвежатами вновь подался на реку.
   Медведица проворно, тяпая по грязи и держась за ель левой лапой, прибрела и свободной лапой схватила Вагана за подол рядовки сзади. Ваган успел перенять рогатину, а медведица, пятясь, тащила его на берег:
   - Ладно так! Ташши, сватья...
   Ваган, хватаясь за сучья ели, пятился с медведицей... На плотном месте у пня ели, он повернулся.
   - Ну-кось!
   Медведица, вырвав зад рядовки, взмахнула одной лапой, задела Вагана по уху и по щеке. Засаднило, закапала кровь, а медведица, пятясь, подняла обе лапы и встала на дыбы.
   - Ужо на плотике-то свидимся, дай из грязи выйти-ть!..
   Ваган стороной вышел на берег, держа рогатину обеими руками.
   - Ах, ты, кошка! Харапаться, леший-те!..
   Он дразнил ее рогатиной, делая круг к пню валежины. Медведица, стоя на дыбах, поворачивалась туда, куда он заходил, и плевалась.
   - Сватья, ладом давай воевать!..
   Ваган, откинув назад локти, шагнул к зверю, вонзил рогатину пониже груди - медведица взревела, полезла вперед, норовя ударить охотника.
   Сжимая крепко в руках рогатину, Ваган приподнял склоненного наперед зверя и, отскочив на сторону, воткнул свободный конец рогатины в пень...
  
   стр. 46
  
   Медведица еще раз взревела, схватив передними лапами пень, судорожно начала рвать его, так что кора и щепки полетели во все стороны. Она все сильнее лезла на рогатину - ржавый конец острой железины, с треском ломая кости, разорвал шкуру и вылез далеко наружу. Зверь, обхватив пень лапами, покорно издыхая, опустил на него мертвую голову.
   - Леший те!.. Мать, вишь, с жалости лезет...
   Дрожащими руками Ваган набил трубку - закурил. Нехотя вскинул глаза на мертвую медведицу, свалил ее с пня и выдернул липкую, теплую рогатину.
   - Дай-кось медвежонков выручу... Порадую ужо Акимушку зверятами... Простит пьяницу...
   Упрямо тряся головой, с дрожью в теле, Ваган пошел по валежине, перенял рогатиной плот. Тяпая по грязи, вытащил плот на сухое место. Медвежата, лежа на боку, съежились, дрожали - они были чуть живы.
   В передние лапы вбито им повыше когтей по большому кованому гвоздю с крупными шляпками.
   Ваган, уперев обух топора в кряжи плота, острие в шляпки, выдернул гвозди, проворчав:
   - Время студеное... В падунах вода - лед... Заморозил зверят кривая душа! Для ради медвежонков матку извел...
   Ваган снял рядовку, заботливо обтер медвежатам шерсть, погрел их, прижимая большими лапами к широкой груди.
   - Оживайте ладом! Ежли конец вам, душе моей метка - што топором...
   Охотник надрал сухого мха, положил на дно пестеря, на мох заботливо уклал зверей, обтер мокрой травой грязь сапог, оделся, навесил пестерь и, сильно хромая, подпираясь рогатиной, пошел к избе.
  
   * * *
  
   В теплой избе старик, вспотев, ел житную кашу. Ваган, приставив рогатину к углу, внес пестерь и выложил медвежат на теплые нары. Они слабо заскулили, водя мордами по сухой траве нар.
   Филат протер кулаком потный единственный глаз, выколотил ложку о край котла.
   - Садись-ко, лопай! Леккое тебе...
   - Не, выпить бы! Леший те!.. Устряпался...
   - Лопай, баю! Штоб тя насквозь!.. Не изведись... Все только пить... Смурый ты, Вагаха, на себя не походишь... вишь, из спины-те кости высунулись, разе ты был такой? Садись.
   Ваган ел неохотно, за едой говорил:
   - Пойду, - ты водки удружи... самому тебе не сколь надо... леший тя, пьешь мало...
  
   стр. 47
  
   - На этой падунной реке без водки не быть... пью, когда заколею, леккое тебе, зря не пью - она, водка, тоже силу уводит, коли ежли много...
   Разглядывая медвежат, Кривой сказал:
   - Кинь этих! Аль не видишь, леккое, застудило... морды не здымают, голоса нет... В ину пору они игромые... Мать извел - без матерней кормежки, да от нашего пестованья, только лишняя пропадужина. Пущай бы в реке сидели... Зря!..
   Ваган бросил ложку. Ему хотелось ударить Филата, но он сдержался.
   - Ешь, Вагаха, штоб те!
   - Не... не катится... пойду... Водки-то как же?
   - Бери в Городище... вот, на-кось! - старик вытащил из пестеря ключ с плетеным поясом. - Человек ты, леккое, верный... к ночи в мою избу придешь, отомни двери, залазь в подвал, там в двух снопах соломы два штофа - пей, душа мера! Не стань сухарем, пей с закуской, а ежли опойком подаришь, опьешься, так выберись на улку - беду на меня вешай...
   - Вот, леший те! Спасибо, Филатушко-о! Медведицу обдери - у залома кинута...
   - У залома, не дально дело... шкуру налажу - себе возьму...
   - Бери-и!..
   Ваган собрал пестерь, попробовал лямки, положил в него медвежат, покрестился и заковылял, подпираясь рогатиной, по тропе к Городищу. Думал:
   - Утянуло в грех лишний... прикончил зверя не во время. Душа смура - не надобно... Одно ладно - водки сыскал - пью, гуляю!
   Сквозь шум падунов голос Филата напутствовал:
   - Не-е ходи-и з-а реку-у!.. Штоб... ежли-и за-а-по-здаешь ночуй-й!..
   - Ладно... мне и так домой иттить не сподручно... стыдно!..
  
   * * *
  
   Надежда вышла на крыльцо, ей в Городище из-за реки послышался сильный, хмельной голос брата, она зашла в избу, поставила самовар и снова вышла на крыльцо.
   Сияло белое солнце. Между блекло-зеленых берегов, закиданных по кустам и откосам светлыми пятнами, вонзилась, изгибаясь в далекую, серую даль, гладь реки, словно огромный нож. Коричневая роща ольх, подступившая к реке, казалась рукояткой светлого ножа. В дали лес, маленький и синий, синий... серая даль серебрилась и сияла...
   - Ах, подтить бы туда с Акимушкой, кабы иные ноги у него... - подумала девка. - Надоело здесь-то!.. Сиди да пряди чужую пряжу.
  
   стр. 48
  
   Кто-то как-будто шепнул ей:
   - Ни кто велит... барин-от денег дал... помнишь?
   - Не трогаю... боюсь тех денег... - ответила она мысленно.
   На крыльцо, обчищая сапоги от грязи, входил новый, молодцеватый урядник в новом мундире.
   Он вскинул на Надежду масляные глаза и спросил ласково:
   - Ваган, Дмитрий Васильевич, здесь живет?
   - Что? Зачем его - куда?
   - Ничего худого, девица красная, - только для чести... только честь ему... награда... за преступника.
   Урядник поднялся на крыльцо.
   Босой Акимка, держась за стойку отворенных сеней, выглянул на крыльцо и сказал:
   - Ты, урядник, уходи, ей-Бо! Татка не залюбит...
   Урядник покосился на мальчугана в грязной кумачной рубахе, с большим наморщенным лбом, и снисходительно проговорил:
   - Поди-ка, мальчик, да штаны надень - поди, дружок!
   - Так как же, девица? Ваган где? Исправник зовет... Надо бы к вам десятского, да десятский баба - где-то сидит, сплетничает, видно, пошел сам.
   - Мити нету. Он в Городище, а може в лесу - не знаю.
   - Зайду погодя.
   Урядник ушел... Надежда внесла в половину Вагана вскипевший самовар. Вся изба была в белых зайчиках от блеска реки. К белым бродячим по потолку зайчикам примешались неподвижные, золотые от ярко начищенного самовара - иные легли по стенам, как золотые обручи...
   Девка заварила чай, поставила на стол два стакана.
   Акимка пошел вслед тетки, но пришлепал к окну: на подоконнике в лучах солнца грелась черная кошка. Мальчуган взял кошку в охабку, сбросил на пол.
   - Поди-кось! Лови мышу - Тихоновна...
   Надежда, услыхав, засмеялась:
   - Зачем ты ее, Акимушко, свахой зовешь?
   - У ей, дедина, как у той, хитрущей, кто е знат, что на уме...
   Кошка неторопливо с пола оглянулась на Акимку ярко зелеными на черном глазами, выбрала в стороне на лавке светлое пятно отблеска воды, прыгнула и уселась плотно.
   Акимка погнал ее с лавки:
   - Падина экая! Пошла, черная... не пущала бы ты, дедина, урядника-т, ей-Бо!..
   - Власть он, что ты - звать пришел.
   - Не пущай... аль не видишь? Уружье на лавке... рогатки-то нету в сенях...
   - Ой, нету! Худо ли оно?
  
   стр. 49
  
   Акимка, молча, нахмурясь, оглядывал окно и лавку, потом, спешно перебирая культяпками, пошел в другую половину избы:
   - Вот те... рогатку-ту Митя с собой взял. Ты куда с самоваром спешишь?
   - Будет, как всегда, пьяной... може, придет.
   - Пьяной, да може иной еще...
   - Какой! Рад будет! Ему награда за Петруху Цапая...
   Акимка молча вышел в сени.
   - Ты что молчишь-то? - догнала Акимку Надеха.
   - Терпи... поговорю ужо...
  
   * * *
  
   Ваган вошел и против обыкновения внес рогатину в избу, поставил в угол, снял пестерь с плеч - тоже в угол сунул. Запер дверь.
   Надежда, как всегда, хотела войти к брату, но, приоткрыв дверь, увидала, что взъерошенный Ваган поднялся ей навстречу. Она в испуге заперла дверь; ей показалось, что брат смотрит злобно и совсем не пьяно, только руки и ноги, как у пьяного.
   Она прислушивалась, стоя за дверью.
   - Чуешь? Ха, Водяница-а!
   Ваган рукой толкнул дверь, дверь распахнулась, отбросив Надежду в дальний угол сеней.
   Надежда не сильно ударилась головой в стену и, вскочив с колен, убежала к себе.
   Не садясь и не отходя от полуоткрытой двери, прислушивалась к тому, что делает брат.
   Слышно было, как Ваган необычно охал, вздыхал и, крякая, пил водку, запивая чаем...
  
   * * *
  
   У отворенной в избу двери стоял урядник и как бы изучал, внимательно разглядывая большого, пьяного Вагана.
   Ваган косил красными глазами по сторонам - не хотел замечать урядника. Постояв в сенях, урядник шагнул в избу, не снимая фуражки, придерживая рукой шашку в новой ножне.
   - Напрасно так пьешь, Дмитрий, - сам исправник говорит, что человек ты нужный начальству! - сказал вразумительно урядник.
   - Лешему надобен! Ты покупал пойло мне-е?
   - Вот что, как тебя, Ваган: опохмеляться никогда не надо... ежели выпил, да болит голова - есть надо кислые яблоки - проходит!
   - Еще фершал! Ты с чем ко мне?
   - Видишь ли... исправник здесь на время, видеть тебя требует - какую тебе лучше награду выхлопотать за убитого Петра Яковлева?
   - Награду? Мне? Это мне награ-а-ду?! - загремел Ваган, вставая. Урядник от его вида и голоса попятился к дверям. - Ха, награ-а-да!
  
   стр. 50
  
   Поди вон! Поди из моего стойла вон - скот! Скажи!.. Митька Ваган не хуже вас знает, какую себе награду отпустить!
   - Пьян... пьян.
   Урядник все пятился, уперев глаза в охотника.
   Ваган поднял руку, тяжелым кулаком ударил по столовой доске; самовар подпрыгнул и, перевернувшись как акробат, упал на пол. С ним вместе, глухо стуча, покатилась по полу граненая водочная посудина. Столовая доска лопнула и скривилась.
   - Награду-у!.. Леший те!..
   Ваган, хромая, шагнул вперед.
   Урядник исчез за дверью...
   Шатаясь, Ваган подошел в угол, взял пестерь, заглянул под крышку.
   - Смердит? Аль от ноги моей?.. Да, конец медвежонкам! Тебе конец, Ваганко-о!..
   Бросив пестерь, Ваган взял из угла свою без перекладины рогатину, повернулся и захромал к окну. На подоконнике грелась на солнце кошка. Взглянув на блестевшую белую воду за окном, Ваган перекрестился:
   - Прости Господь!.. Без попа...
   Воткнув менее заточенный конец рогатины под лавку, рванул на груди рубаху.
   - Хвати, леший правду твою - царствие... на што-о? Больше ни што! Ха, чорт! Зве-ря-а помнишь?.. Петру-у... пом... Лазь! Ты-ы!.. А-ки-му-ш... - бормотал Ваган, широко растопыривая огромные руки, тараща глаза в сверкающее пятно... За окном белая река сузилась и завертелась, как в бурю ярко кровавое озеро.
   В спине Вагана хрустнуло - он ближе придвигался к окну. Широко раскинув руки, опустился на колени, уронив руки на лавку. Голова легла на подоконник рядом с кошкой - черный комок зверя подвинулся к стороне. Из спины охотника далеко на избу торчал острый конец ржавой рогатины...
  
   * * *
  
   Надеха, держась за приступок печи, слушала. Акимка сидел на кровати, подогнув бледные ноги. Убогий, нахмурясь, строго глядел на стену, где пощелкивал весело ряд починенных им часов.
   Он настойчиво шептал, внятно:
   - Не ходи, дедина... не ходи-и!..
   - Сронил он там все... стол... сломал чтой-то...
   - Себя сломал, - чужой он теперь...
   - Что с ним? Ай, Акимушко!
   - Не наш... Себя, себя-а... жди-ко...
   - Чего ждать?
  
   стр. 51
  
   - Не знаю... жди!
   Надежда закричала, выбежала и заглянула к Вагану. Она быстро вернулась, упала головой на кровать в колени Акимке и запричитала:
   - Убил себя-а... пропали головушки-и!.. Себя-а, Митя, братик мой, - и... рогаткой убил, ай!..
   Убогий бледной рукой гладил Надежду по спине и волосам, глядел на ожившую от шелеста часов стену и тихо говорил:
   - Татка ране аль загодя решился бы... тяжелый вишь, а душа, как птица леккая... ей-Бо! Дедина... схороним ево, такой ему талан... избу замнем замком... окошки заколотим - глянь на сарай: я тележку сделал, почну вертеть, колеса покатят сами... леккая, по силе мне... поеду, ты пойдешь. Зачну азы читать, в книгах цифири показаны, колеса всякие... не плачь! Занаймуешься в казачихи, я струментов куплю - буду часы чинить, иному учиться... на людях походим - вернем, наладим мосты да крышу в избе... не исстывай так! Летом зачнешь ты плавать за реку в сад - обрядный он станет, черемушный... я тебя на берегу ждать буду - утешное тебе сказывать... Пусти-кось, дедина!..
   Акимка полез с кровати. Надежда, вздрагивая плечами, подвинулась, глубже пряча мокрое лицо в одеяло.
   Убогий зашлепал к дверям и про себя сказал:
   - Надо ево глядеть... захолонул Митя... бедный...

Другие авторы
  • Ганзен Петр Готфридович
  • Незнамов Петр Васильевич
  • Мейендорф Егор Казимирович
  • Базунов Сергей Александрович
  • Морозов Михаил Михайлович
  • Вронченко Михаил Павлович
  • Огнев Николай
  • Степняк-Кравчинский Сергей Михайлович
  • Пассек Василий Васильевич
  • Малиновский Василий Федорович
  • Другие произведения
  • Сургучёв Илья Дмитриевич - Н. Н. Брешко-Брешковский
  • Лондон Джек - Рассказ укротителя леопардов
  • Соловьев Юрий Яковлевич - Воспоминания дипломата. 1893-1922
  • Волошин Максимилиан Александрович - Библиография статей
  • Ильф Илья, Петров Евгений - Сценарий звукового кинофильма
  • Полевой Петр Николаевич - История русской литературы в очерках и биографиях. Часть 1. Древний период
  • Кутузов Михаил Илларионович - Письмо М. И. Кутузова начальнику Главного штаба французской армии маршалу Бертье о народном характере отечественной войны
  • Байрон Джордж Гордон - Стихотворения
  • Савин Михаил Ксенофонтович - Стихотворения
  • Добычин Леонид Иванович - Город Эн
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (21.11.2012)
    Просмотров: 536 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа