Главная » Книги

Беньян Джон - Духовная война, Страница 3

Беньян Джон - Духовная война


1 2 3 4 5 6 7

.
   Во главе отряда, пускавшего в осаждавших стрелы и горящие головни, стоял некто по имени Бахвал. У ворот Зрение вождь Надежда нанес ему смертельную рану в грудь. Ранен в глаз был и некий Осязание, один из главных зачинщиков мятежа.
   Но какое страшное зрелище представлял собой все это время князь Свободная Воля! Он обезумел от страха, кидался из стороны в сторону и, говорят, был ранен в ногу, по крайней мере начал сильно хромать.
   Многие жители города были изувечены, ранены и убиты. Когда они увидели, что столбы ворот Слух пошатнулись и ворота Зрение почти разбиты, то упали духом. Один из них, Бездобра, был тяжело ранен, но остался в живых. Пожилой житель города Уверенный также получил сильный удар в голову и уже не мог больше создавать такой хаос, как прежде. Старики Предубеждение и Равнодушие бежали.
   Когда битва кончилась, Эммануил приказал снова вывесить белый стяг на горе Милость, чтобы показать городу, что Он еще не отказался от намерения даровать помилование жителям Души, если она покорится.
   Когда Дьяволос увидел белое знамя, он тотчас придумал новую хитрость. Он решил убедить Эммануила прекратить осаду, обещая, что город исправится. В сумерки, когда солнце село, он вышел к воротам на переговоры. Сам Эммануил вышел к нему, и Дьяволос начал так:
   - Так как Своим белым знаменем Ты даешь знать, что хочешь мира и спокойствия, я счел нужным уведомить Тебя, что мы принимаем Твои предложения. Я знаю, насколько Ты благочестив. Потому только Ты и начал войну против города, что захотел видеть его обращенным. Так вот, отведи войска от города, и я заставлю Душу покориться Тебе.
   Я прекращу все враждебные действия против Тебя и сам стану Твоим. Насколько я был против, настолько буду теперь за Тебя и начну служить Тебе. Я уговорю Душу признать Тебя своим владыкой и знаю, что она скорее согласится на это, когда узнает, что я сам стал Твоим поверенным.
   Я укажу им на их заблуждения и объясню, что преступление закона преграждает путь к жизни вечной. Я сам объясню им Твой святой закон, который они попрали и по которому следует им отныне жить.
   Кроме того, я за свой счет учрежу в городе общество проповедников и чтецов Твоего Слова. Ты станешь получать от нас ту часть дохода, которую Тебе угодно будет назначить.
   Тогда Эммануил ответил ему:
   - О дух коварный и лживый! Твое поведение подобно поведению хамелеона! Сколько раз уже надевал ты разные личины для того только, чтобы держать Душу в рабстве! Но ты хорошо знаешь, что она Моя! Не удалось тебе обмануть Меня, являя из себя волка, так ты прикинулся агнцем, преобразился ныне в ангела света и хочешь обманом и ложью сделаться проповедником праведности.
   Но знай, о Дьяволос, что ни одно из твоих предложений не может быть принято, ибо в тебе нет ничего, кроме лукавства и лжи. Нет у тебя страха перед Богом, нет в тебе любви к человеку! Тот, кто столь хитер и непостоянен, определенно желает гибели именно тех, кто ему поверит. И если праведность теперь тебе кажется столь заманчивой, почему ты сам так долго был порочен?
   Ты толкуешь об исправлении Души, и хочешь сам, с Моего разрешения, стать во главе этого исправления, заведомо обманывая всех. Многие очень скоро распознают тебя, когда ты им являешься в черном, но немногие - когда ты приходишь в светлых одеждах. Но твой обман не удастся, ибо Я все еще люблю Душу.
   Я пришел сюда вернуть город под знамя Своего Царства, Я хочу примирить Душу с Отцом Моим, хотя через грехопадение она заслужила гнев Его. Ты также знаешь, что исполнением закона Душа помилована быть не может.
   Ты предлагаешь свои услуги, но Я справлюсь с этой задачей без тебя. Я послан Отцом Моим завоевать назад Душу, и хочу Сам довести дело до победного конца. Тебя я изгоню вон и водружу Свое знамя над городом. Я буду управлять им по новым законам, назначу новых воевод и новыми путями поведу к своей цели. Я выстрою здесь новый город, который будет славой Вселенной.
   Когда Дьяволос понял, что ему не удалось скрыть свои истинные намерения, он смутился и не знал, что ответить. В конце концов он решил, несмотря ни на что, продолжить борьбу против Эммануила.
   Переговоры на этом закончились. Дьяволос направился к центру города, а Эммануил вернулся в Свой стан. С обеих сторон снова начались приготовления к битве.
   Дьяволос между тем решил пойти на крайние меры. Он повелел своим полководцам в случае, если они убедятся, что всякая оборона бесполезна, немедленно начать грабить, разорять и убивать всех, не жалея ни женщин, ни детей. Ибо, считал он, лучше нам разрушить город до основания, чем отдать его Эммануилу.
   Эммануил, зная, что ему предстоит последняя битва, которая должна кончиться взятием города, приказал Своим вождям быть беспощадными к Дьяволосу и его сподвижникам, но отнюдь не трогать жителей города, а напротив, оказывать им помощь и всякое снисхождение.
  
  

Покорение души

   В назначенный день воинство Эммануила пошло на штурм ворот Слух и Зрение. Пароль на этот раз был: "Душа обретена!"
   Еще не рассеялась утренняя мгла, а бой уже был в самом разгаре. Дьяволос и его полководцы яростно защищались.
   Но после двух-трех сильных атак ворота Слух поддались, их запоры и замки разлетелись в воздухе на множество кусков. Затрубили царские трубачи, войско с криками радости устремилось в город, а Дьяволос поспешно скрылся в замке. Затем торжественно въехал в город Эммануил и сразу же приказал устроить Себе престол. Знамя Свое он велел водрузить на возвышении, дав ему название "Будьвнимателен".
   Эммануил приказал непрерывно обстреливать замок Дьяволоса. Прямая дорога вела от самых ворот Слух до жилища старого летописца Совесть, возле которого и возвышался замок, служивший Дьяволосу столько времени вертепом. Воинам было приказано быстро очистить эту дорогу от грязи, чтобы войско могло быстро и беспрепятственно пройти к замку. Воанергесу, Убеждению и Суду Эммануил велел идти скорым маршем к жилищу старика-летописца. Подойдя к дому старика, они установили там осадные орудия, ибо дом, в котором он жил, был чуть ли не так же сильно укреплен, как и сам замок. Закончив приготовления, они стали стучать в дверь. Воанергес стал требовать, чтобы ему отворили, и, не получив ответа, велел выстрелить по дверям. Летописец затрепетал, сошел вниз и дрожащим голосом спросил, кто они и что им надо. Воанергес ответил:
   - Мы, вожди воинства великого Царя Шаддая и Его благословенного Сына, пришли занять дом твой для Него.
   Тут прогремел второй выстрел. Летописец, дрожа, открыл двери, и все три вождя вошли в его дом. Этот дом очень подходил Эммануилу в стратегическом отношении: он был по соседству с крепостью, просторен и фасадом стоял к замку, в котором заперся перепуганный Дьяволос. Вожди рассказали старику-летописцу о случившемся, ибо ему были совершенно неизвестны намерения Эммануила на будущее. Скоро по городу разнеслась весть о занятии Царским воинством дома летописца, и тотчас поднялась сильная тревога. Поползли слухи, что Эммануил готовит Душе страшную месть. Основанием этих толков послужило известие, что летописец якобы узнал об этом от самих царских вождей. Пришедшие к нему уточнить, правда ли это, остолбенели от страха, увидев расположившихся вокруг его дома воинов с таранами и пращами. Притом старик еще усиливал их ужас, беспрестанно повторяя: "Без всякого сомнения, смерть и разрушение угрожают ныне городу. Согласитесь, что мы все показали себя предателями в отношении Царя Шаддая и Его Сына. Теперь Он превратил мой дом в Свою крепость. Что касается меня, то я сильно согрешил, и счастлив тот, кто остался чистым. Я молчал, когда нужно было говорить к жителям Души. Конечно, я отчасти пострадал от Дьяволоса за то, что держался еще некоторое время законов Шаддая. Горе мне, вся вина лежит на мне! Очень скоро падет власть Дьяволоса и будет суд. О, я трепещу при мысли, какой конец ждет нас всех!"
   Между тем, пока эти вожди Эммануила располагались в доме летописца, вождь Казнь выполнял свой долг: он собственноручно расправился с тремя начальниками войска князя Свободная Воля. От его рук погибли старик Предубеждение, которому вверена была защита ворот Слух, и некий Лишьназлогоден, в ведении которого были обе пушки над теми же воротами, и Предательство - личность низкая и подлая, на которую сильно рассчитывал Свободная Воля. Он казнил многих воинов князя Свободная Воля, которые были очень важными и напыщенными, но перед Дьяволосом лебезили и заискивали. Ни один мирный горожанин не был ранен или убит.
   У других ворот сражались остальные вожди Эммануила. У ворот Зрение вождь Надежда убил наповал привратника Ослепленного, под командованием которого числились тысячи людей, сражавшихся секирами. Многие воины Ослепленного обратились в бегство. Слуга Дьяволоса по имени Убежденный тоже был убит наповал.
   Некоторым из слуг Дьяволоса удалось скрыться.
   В скором времени старик-летописец, князь Разумение и еще несколько уважаемых горожан, сознавая, что в случае падения города они несомненно погибнут, собрались вместе и после долгого совещания условились сочинить прошение к Эммануилу, пока Он еще находится у самых ворот. Суть прошения состояла в том, что, мол, они, старые граждане несчастного города, сознают свой грех, сожалеют, что оскорбили своего Царя, и ныне молят Его о пощаде. Эммануил оставил прошение без ответа.
   Осадные орудия армии Эммануила не переставая стреляли по замку. Наконец одна из стен, известная под названием Неприступная, поддалась и рухнула. Таким образом был открыт вход в замок, в котором заперся Дьяволос. Гонцы были тотчас посланы с этим известием к Эммануилу. Весь стан радостно затрубил в трубы, понимая, что вход Его в замок - залог скорого конца войны и начала освобождения Души.
   Эммануил поднялся со Своего трона, и во главе Своих вождей и воинов вступил в город, держа путь к замку Дьяволоса.
   Он был облечен в золотые доспехи, Его меч блестел на солнце, и перед Ним несли развевающееся знамя. Лицо Эммануила сохраняло невозмутимое, спокойное выражение, так что горожане, высыпавшие из домов своих посмотреть на Его триумфальный вход, не знали, чувствует Он к ним любовь или ненависть, и с тревогой следили за Его шествием. Жители сознавали, что преступили Его закон и заслуживают смерти. Они знали также, что Ему известно, что они добровольно признали Дьяволоса своим царем. Все это страшило их, и потому они боялись, как бы Эммануил не разрушил мятежный город, а жителей не предал смерти. Сознание этого заставляло их подобострастно смотреть на Того, Кого они недавно презирали и не хотели впускать к себе. Они восхищались Его доблестным видом, преклонялись перед Ним, падали ниц, сожалея о том, что не Его избрали царем. Так Душа бросалась из одной крайности в другую, переходя от страха к надежде, терзаясь в догадках, какая участь ее ожидает.
   Подойдя к воротам замка, Эммануил приказал Дьяволосу сдаться добровольно. Надо было видеть, как эта тварь страшилась показаться на глаза Победителю, как трепетала в ожидании своей участи... Но выхода у него не было. И вот привели к Эммануилу дрожавшего всем телом Дьяволоса. На него надели оковы, чтобы он не смог уйти от назначенного Царем всеобщего суда. Тут лукавый дух стал молить Эммануила не ввергать его в бездну, но дозволить мирно выйти из города.
   Однако Победитель был глух к мольбам незаконного царя города и приказал отвести его на торговую площадь, где перед всем народом у него отобрали оружие, которым он так хвалился. Трубачи в это время радостно трубили, раздавались победные крики. Тут Душа наконец увидела, на кого она дотоле возлагала надежды и кому столь безумно доверилась.
   Разоблаченного перед всем городом Дьяволоса Эммануил приказал привязать цепями к колеснице. Назначив Воанергеса и Убеждение стражами замка на случай, если кто из приверженцев Дьяволоса вздумал бы оказать ему помощь, Эммануил сел в колесницу и с триумфом проехал через весь город. Через ворота Зрение Победитель, сопровождаемый громкими криками, выехал за стены города в стан Своего войска. Воинство Эммануила, увидев самозванца в таком унижении, разразилось радостным восклицанием: "Наконец-то Дьяволос узнал силу меча возмездия". Звук труб, чудное пение, крики восторга раздавались так громко, что, казалось, достигали неба.
   И горожане, у которых словно пелена с глаз упала, смотрели и слушали, и глаз не могли отвести от Эммануила. Сердца их наполнялись радостью и надеждой.
   Когда Эммануил нашел, что его враг достаточно наказан, Он выгнал его вон, запретив ему когда-либо являться в город. Дьяволос был вынужден униженно искать убежища, искать покой и никогда не найти его.
   Полководцы Воанергес и Убеждение были особенно сильными и энергичными личностями: грозные лица, громкие голоса... Они все еще продолжали жить в доме летописца Совесть. Жители города стали внимательнее присматриваться к этим двум военачальникам Эммануила, которые исполняли свой долг без лишних рассуждений, вызывая у окружавших их страх и трепет. Весь город жил в неизвестности относительно своей будущности.
   Сам Эммануил не захотел жить в городе, а поселился в Своем стане, среди войск Своего Отца. Однажды Он послал приказ вождю Воанергесу собрать горожан во дворе замка и при них арестовать и посадить под стражу летописца Совесть, бывшего городского голову Разумение и князя Свободная Воля. Приказание было исполнено и вызвало еще большее волнение среди жителей. Им казалось, что настало время гибели города. Какой смертью они погибнут и долго ли будут длиться их мучения? Они даже боялись, что Эммануил велит бросить их в ту бездонную пропасть, которой так боялся сам Дьяволос, хоть они, в общем-то, сознавали, что заслужили такое наказание. К тому же они переживали за своих арестованных воевод и начальников и были уверены, что их казнь будет началом разрушения города. Поэтому, собравшись на совет, они решили составить обращение к Эммануилу и передать его через некоего Жизнерадостность. Он отправился с письмом в стан Эммануила и подал Ему прошение следующего содержания:
   "Великий и грозный Владыко, победитель Дьяволоса и завоеватель Души! Смиренно просим Тебя помиловать нас, многострадальных жителей несчастного города, не вспоминая соделанные нами преступления и грехи. Помилуй нас по великому Твоему милосердию и не дай нам умереть, но жить под Твоим водительством. А мы будем Твоими верными слугами, готовыми собирать крохи со столов Твоих. Аминь".
   Эммануил взял прошение из рук его, но отпустил посланца, не сказав ни слова. Это сильно огорчило всех горожан. Обдумывая свое положение, они пришли к выводу, что им следует вновь просить о помиловании. На общем совете они решили послать второе прошение.
   Написав ту же самую просьбу во второй раз, они не знали, с кем ее послать. Жители Души думали, что первый их поверенный чем-то не угодил Эммануилу, Который потому и оставил прошение без ответа. Они стали просить вождя Убеждение ходатайствовать за них, но тот отказался, говоря, что не берется просить за изменников. Впрочем, прибавил он, наш Эммануил добр, и вы можете еще раз прийти к Нему с этой просьбой. Пусть ваш посланник облачится в рубище, наденет петлю на шею и молит ни о чем другом, как только о Его милосердии.
   От страха они медлили дольше, чем следовало, но, опасаясь еще больше усугубить свое положение, решили послать просьбу с одним из своих сограждан по имени Желаниекпробуждению. Он жил на окраине и, явившись на зов, согласился сделать все от него зависящее для спасения Души...
   Эммануил вышел к нему Сам. Проситель при виде Его пал ниц и, воскликнув: "О, даруй жизнь Душе!", подал прошение. Царевич, прочитав просьбу, отвернулся, чтобы скрыть Свои слезы. Потом, обращаясь к простертому на земле посланнику, сказал: "Возвращайся в город, Я подумаю, как быть с вашей просьбой".
   В тревоге ожидали жители города возвращения просителя. Вернувшись, он объявил, что передаст ответ Эммануила лишь в присутствии арестованных мужей города. Желаниекпробуждению с несколькими жителями пошли в острог. Князь Свободная Воля побледнел от ужаса, а летописец Совесть затрепетал, когда посланец рассказал слово в слово все, как было. В заключение он добавил:
   - А Царевич, к Которому вы меня послали, так красив и великолепен, что увидевший Его тотчас чувствует Его великую любовь. В благоговении я пал перед Ним ниц и смог только пролепетать: "Смилуйся над Душой".
   После этого жители разошлись по домам, а находившиеся под стражей стали обсуждать ответ Эммануила. Бывший городской голова Разумение нашел, что ответ не слишком грозен и особой опасности не представляет. Князь Свободная Воля утверждал, что это дурное предзнаменование, а летописец Совесть видел в этом ответе смертный приговор. По городу поползли тревожные слухи, далекие от реального положения дел. Все были в волнении. Один кричал в отчаянии: "Мы все погибнем!" Другой, напротив: "Мы все будем спасены!" Третий: "Мы не нужны Эммануилу!", четвертый: "Арестованные скоро будут казнены!" Весь день прошел в толках и спорах. Наступила ночь, а весь город продолжал теряться в догадках до следующего утра.
   Вся эта сумятица была вызвана предположением летописца, находившего ответ Царевича равным приговору к смерти. Город привык с уважением относиться к словам Совести, ибо считал, что через него говорит сам Бог.
   Жители Души почувствовали горькие последствия мятежа и незаконного сопротивления воле Эммануила. Чувство вины и страха овладело ими.
   Наконец после долгого обсуждения было составлено третье послание к Эммануилу, которое имело следующий текст:
   "Великий Эммануил, Владыка миров, исполненный милосердия! Мы, несчастные, жалкие обитатели Души, исповедуем пред Тобою свои прегрешения, сознаем, что более не достойны славного имени Души и не достойны помилования. Если Тебе угодно казнить нас, мы примем приговор как заслуженную кару, ибо Ты праведен. Мы не имеем права жаловаться, даже если Твой приговор будет жестоким. Но молим Тебя: одари нас милосердием Твоим, помилуй и сними с нас согрешения наши, дабы мы прославили Твою благодать и милость. Аминь".
   Снова встал вопрос, кто возьмется передать прошение Эммануилу. Предложили кандидатуру старого горожанина по имени Добрыедела. Правда, это имя ему вовсе не подходило, ибо в сущности ничего доброго в нем не было. Против этой кандидатуры выступил Совесть:
   - Мы в опасности и молим о пощаде. И вдруг пошлем прошение с человеком, имя которого противоречит делам его. Как может Добрыедела ходатайствовать о помиловании? Нам нужна милость, а добрыми делами мы сыты, именно они завели нас в тупик. Если Эммануилу вздумается спросить имя подателя сего прошения и Он услышит в ответ: "Добрыедела", я уверен, что Он на это ответит: "А, Добрыедела все еще жив, пускай же Душа спасается сама".
   Тогда решили снова отправить посланником Желаниекпробуждению.
   Тотчас послали за ним. Тогда он стал просить отпустить с ним Слезныеочи, своего соседа, добродушного бедняка, очень подходящего для этого поручения. Желаниекпробуждению накинул на шею веревку, а Слезныеочи сложил на груди руки крестом. Так они отправились к Эммануилу.
   Представ перед Эммануилом, они прежде всего стали просить прощения за свою докучливость. Причина тому - постоянные угрызения совести: ни днем, ни ночью не знают они покоя, помня, как они провинились перед Царем Шаддаем и пред Ним, Сыном Его. Затем Желаниекпробуждению, падая ниц пред Эммануилом, воскликнул: "Пощади, помилуй жалкую Душу!" - и вручил Ему прошение.
   Эммануил, прочтя просьбу, отвернулся от них на минуту, чтобы скрыть свои слезы, и потом спросил гонца, как его зовут и почему он избран городом как податель прошения. Тот отвечал:
   - О, зачем Тебе имя столь жалкого существа, каким я себя считаю? Ты всеведущ, и я никогда не тешил себя надеждой, что могу быть Тебе угодным. Я и мои соотечественники хотим жить, и я от имени всех нас пришел молить Тебя даровать нам жизнь. Простри руку милосердия нам, недостойным рабам твоим.
   - А как зовут твоего товарища? - спросил Эммануил.
   - Зовут его Слезныеочи, он мой сосед, бедный, скорбный старик.
   Тогда и Слезныеочи пал ниц пред Царевичем:
   - О, мой Господин! Меня зовут так потому, что отцом моим был Покаяние. Конечно, зачастую и добрые родители имеют дурных детей, и я признаю свою недостойность. Но все же молю Тебя (и слезы полились из глаз старика): не вспоминай грехи юности нашей, не взирай на недостойность рабов Твоих, но пощади Твое творение, Душу, и позволь нам благословлять Твое милосердие.
   По повелению Эммануила они встали с колен, не смея, однако, поднять на Него взора. Он же отвечал так:
   - Душа взбунтовалась против Отца Моего, своего Творца и Повелителя, и избрала себе другого - лжеца и убийцу. Ибо тот, кого вы считали могущественным и сильным, был изгнан Отцом Моим во тьму кромешную. После этого он явился к вам, и вы приняли его. Вы за него сражались с посланными Отца Моего, и они упросили Его даровать им больше силы. Тогда я Сам пришел с большим войском. Но как вы поступили с Моими слугами, так поступили и со Мной. Вы не хотели внимать Мне и вели против Меня войну. Я победил вас. Пока вы не уверились, что Я имею полную власть, ибо она дана Мне Отцом, вы не молили о пощаде. Теперь вы скорбите и проливаете слезы, а когда Я велел вывесить белое знамя милости, красное - правосудия и черное - наказания, вы молчали. Я рассмотрю вашу просьбу и приму решение во славу Отца и Моей. Пусть Воанергес и Убеждение завтра приведут в Мой стан пленных, а Суд и Казнь отправятся в замок и позаботятся о сохранении спокойствия в городе.
   Посланцы возвращались в город с тяжелым сердцем, ибо так и не получили никакой надежды на пощаду. Скорбь ими овладела настолько, что они с трудом добрели до замка...
   Как и в прошлый раз, разговор с Эммануилом они решили передать в тюрьме, в присутствии заключенных.
   Слово в слово передали они свою беседу с Царевичем. Услышав Его приказание насчет пленных, последние разразились громкими стенаниями. Все трое стали готовиться к смерти, а горожане облеклись в рубища и посыпали головы золой. Так прошла ночь.
   Когда настало утро, пленные и охрана отправились в стан Эммануила. Воанергес шел во главе шествия, Убеждение позади, знаменосцы развернули победные знамена. Меж ними шли пленные в цепях и с веревкой на шее. Вид их был весьма жалок. Ударяя себя в грудь, не смея поднять глаза к небу, они шли, восклицая: "О, жалкая, несчастная Душа!" Бряцание цепей, смешанное с громкими воплями, сотрясало воздух раздирающими звуками.
   Когда они дошли до обители Эммануила, все пали ниц перед Победителем, от стыда закрывая лица руками. Он же, обращаясь к Воанергесу, повелел:
   - Прикажи им подняться!
   Они встали, дрожа всем телом.
   - Вы ли те, кто дозволил Дьяволосу осквернить себя? - спросил Эммануил.
   - Мы более чем дозволили, Владыка, мы избрали его добровольно.
   - Могли бы вы жить под его игом весь свой век?
   - Да, Господи, ибо его законы были приятны нашей плоти, и мы не знали иного блаженства.
   - И когда Я пришел спасти вас, неужели вы искренне желали Моего поражения?
   - Увы, желали! - отвечали они.
   - А какого наказания вы, по вашему мнению, достойны за свой мятеж и прочие преступления?
   - Смерти и вечных мук, Господи.
   - Можете ли вы привести что-нибудь в свое оправдание?
   - Нет, Господи! Ты правосуден, мы согрешили.
   - Для чего вы набросили себе веревки на шею?
   - Это наши грехи, которые затягивают нас в бездну.
   - Весь ли город этого мнения? - спросил Эммануил.
   - Да, что касается нас, горожан. Но есть в нашем городе и слуги Дьяволоса, за них мы не отвечаем.
   Тогда Эммануил приказал позвать глашатая, которому повелел повсеместно провозглашать, что Сын Царя Шаддая именем Отца Своего и ради Его славы одержал полную победу над Душой и покорил ее. А весь город должен повторять после каждого возвещения: Аминь!
   В это мгновение с небес полилась райская музыка, войско же Эммануила восславило своего Вождя. Знамена развевались, в сердцах царил восторг. К сожалению, еще не все жители города могли присоединиться к этой ликующей толпе.
   Эммануил подозвал к себе трепещущих пленных и сказал:
   - Все проступки и беззакония, которые совершила Душа, нарушив волю Отца Моего, именем Его прощаю.
   Сказав сие, Он вручил им пергаментный свиток, скрепленный семью печатями, и приказал бывшему городскому голове Разумению, князю Свободная Воля и летописцу Совесть завтра на заре вскрыть и зачитать его всему городу.
   По распоряжению Эммануила их рубища были заменены на блистающие белые одежды. Дух уныния сменился в них духом радости...
   Все трое получили в дар украшения из золота с драгоценными каменьями. На шею вместо веревок им надели золотые цепочки. Когда пленные услышали милостивые слова Победителя и увидели дары Его, они были ошеломлены, а князь Свободная Воля не выдержал и даже потерял сознание. Эммануил подхватил его Своими любящими руками и привел в чувство. Поцеловав всех троих, Он сказал:
   - Примите этот знак моей любви и милости к вам. А тебе, Совесть, поручаю обо всем известить Душу.
   Оковы их были сняты и разбиты у них на глазах на мелкие кусочки. Они тут же пали к ногам Эммануила, проливая слезы радости и громким голосом восклицая: "Слава и хвала Господу и Царю нашему!" Потом они начали собираться в обратный путь. Одному из слуг Эммануила был дан приказ идти впереди и играть на флейте и тамбурине. Так свершилось то, о чем они и мечтать не смели и на что не решались надеяться.
   Вере приказано было предводительствовать этим радостным шествием с цветными стягами. В минуты, когда летописец будет зачитывать городу указ, записанный на свитке, Вера со своими десятью тысячами воинами должен пройти через ворота Зрение. Дойдя маршем до замка Дьяволоса, он должен занять его и ждать прихода Эммануила. Суду и Казни было приказано немедленно покинуть город и вернуться в стан.
   Так Душа была избавлена от страха, внушаемого ей присутствием последних двух вождей и их воинств.
   Ничего не знающие жители города все еще пребывали в тревоге. Они рисовали себе картины казни пленных и с ужасом думали о своей участи. Лишь изредка слабый луч надежды прорывался через тяжелые тучи мрачных мыслей. Наконец со стены, откуда они всматривались вдаль, где решалась их судьба, они увидели на горизонте какое-то необычное движение. Страх, ожидание и надежду можно было прочесть в их глазах. Но вот яснее стали вырисовываться человеческие фигуры, и город увидел большую ликующую процессию. В конце концов они ясно различили Разумение, Совесть и Свободную Волю. Но что это? Они уходили в стан Эммануила в рубищах, а возвращались в сверкающих белых одеяниях! Они уходили с веревками на шее, теперь же на них золотые цепочки. Ноги их были в оковах, а теперь - поступь вольная и широкая. Пошли они с мрачными лицами, а возвращаются с ясным взором и радостью. Отправились в тяжелом унынии, а возвращаются под звуки радостных флейт и тамбуринов. Собравшись у ворот Зрение, горожане, несмотря на свою слабость, вызванную долгими переживаниями и страхами за будущее, не смогли скрыть бурной радости и подавить в себе крики ликования и восторга. Вместо секиры и виселицы - жизнь, утешение и безграничная радость.
   Когда праздничная процессия подошла к воротам города, она приветствовала горожан Души: "Радуйтесь, радуйтесь! Будь благословен Помиловавший вас!" и слышала в ответ: "Мы видим, что вам хорошо, но что будет с городом? Будет ли радость Душе?" Летописец и Разумение отвечали: "О, мы несем бедной Душе весть благую и великую радость!" И они подробно рассказали о своей встрече и разговоре с Эммануилом. Жители не могли надивиться Его мудрости и милосердию. Летописец объявил, что они получили отпускную грамоту и что зачитана городу она будет завтра на торговой площади.
   Как описать волнение и радость городских жителей? Они не могли уснуть от счастья, пели хвалебные гимны и ликовали. "Кто из нас мог ожидать такого блаженства? Кто, видя уходящих мужей в кандалах, мог вообразить, что они вернутся в белых одеждах? И не потому, что были признаны невиновными, но лишь по милосердию Эммануила, Который простил им грехи их и послал назад под звуки флейт и тамбуринов! Воистину, так могут поступить лишь добрый Царь Шаддай и Эммануил, Сын Его!"
   Когда настало утро и летописец Совесть, князь Разумение и князь Свободная Воля в назначенный час пришли на торговую площадь, весь народ был уже в сборе. Они были облачены в дарованные им белоснежные одежды, которые сияли ослепительным светом.
   Мужи города направились к воротам Уста, где исстари держались речи к народу. Все были взволнованы от нетерпения и ожидания услышать благую весть.
   Летописец встал и рукой подал знак собравшимся успокоиться. Потом громким голосом начал зачитывать грамоту Эммануила. И когда Он дошел до слов: "Господь Бог всемилостивый и всеблагой, прощающий беззакония, преступления и грех; да будут отпущены Душе всякого рода богохульства и согрешения", горожане уже не могли больше сдерживать свои чувства и разразились ликующими криками радости. Надо заметить, что все жители были названы в грамоте Эммануила поименно, и каждый был прощен лично.
   Когда летописец дочитал послание, все единодушно возблагодарили Эммануила. Зазвонили колокола, песни и музыка слышались повсюду.
   После того, как Эммануил отослал прощенных обратно в город, он приказал своим вождям и всему воинству быть на следующее утро наготове и ждать Его повелений. И в час, когда Совесть заканчивал в городе чтение Его грамоты, Царевич приказал поднять на горе Милость и на горе Правосудия знамена. Вожди получили приказ предстать перед городом в парадном воинском одеянии вместе со своими армиями. И горожан, и Эммануила приветствовал с самой высокой башни замка полководец Вера.
  
  

Вход Эммануила в город Душа

   Так Эммануил избавил Душу от тирании Дьяволоса.
   После этого Он решил устроить смотр войска Царя Шаддая, и весь город с восторгом и ликованием наблюдал парад. Воины проделывали сложнейшие упражнения четко и быстро, а при стрельбе метко попадали в цель.
   После окончания смотра горожане вышли навстречу Эммануилу, умоляя Его вместе со всей армией поселиться у них. С великим смирением пали они перед Ним. В ответ Он произнес:
   - Мир вам!
   Горожане, подойдя к Нему, коснулись рукой Его золотого скипетра и сказали:
   - Да поселится Царевич Эммануил со Своими вождями и воинами в Душе навеки. Да установит Он там Свои орудия для славы Своей и защиты города, у нас есть для этого место. Приди, Владыка, в Душу и царствуй над нами вечно, а мы будем Твоими слугами и станем жить по Твоим законам! Но если ты покинешь нас, мы погибли. Нам известно, что в городе скрываются еще несколько сторонников Дьяволоса. Когда Ты уйдешь, они выдадут нас своему князю, и мы вновь попадем под его власть. А потому молим Тебя, поселись в нашем замке!
   Эммануил ответил на эту мольбу так:
   - Если Я поселюсь в городе, смогу ли Я беспрепятственно изгонять все, что покажется противным Моему сердцу? Все Я буду делать к вашей же пользе. Станете ли вы Мне в этом помогать искренне и честно?
   Горожане, несколько поразмыслив, ответили:
   - Мы не можем знать, что станем делать, как не могли когда-то вообразить, что способны на измену нашему доброму Царю Шаддаю. Что ответим мы нашему Господу? Да не верит Он полностью нашим словам, а вселится в наш замок, набрав Себе гарнизон из жителей. Пусть нами управляют Твои вожди и воины, а Ты покори нас окончательно своей любовью и милостью, как в тот час, когда нам прочли весть о прощении. Мы не ведаем глубины Твоей премудрости, о Владыка! Кто мог предвидеть и постичь своим разумом, какую сладость мы вкусим после столь горьких испытаний. Господи! За светом Своим яви нам Свою любовь! Веди нас за руку, и мы пойдем по Твоей воле. Не дай нам забыть, что все, что с нами случается, к нашей пользе и во благо нам. Лишь бы Ты поселился у нас. Ибо лишь Ты Своим присутствием можешь удержать нас от греха и сделать Твоими верными слугами.
   - Идите с миром, - услышали они ответ Эммануила. - Я исполню вашу просьбу. Завтра соберу все Свои силы и направлюсь к воротам Зрение, через них войду в город, поселюсь в вашем замке, поставлю над вами моих воинов и сотворю в Душе то, что не будет сравнимо ни с чем под небесами.
   Криками радости встретили горожане слова милостивого Царевича и вернулись к себе, передав родным и друзьям чудную весть.
   Предстоящий путь Эммануила от самых ворот Зрение до замка горожане усыпали зелеными ветками и цветами, сорванными в своих садах. Цветочными гирляндами и венками они украсили улицы и дома, настроили свои музыкальные инструменты, чтобы торжественно встретить Эммануила.
   На другой день утром Эммануил со Своим воинством направился к воротам Зрение, которые широко отворились пред ним, и Он вступил в город. Первыми Его приветствовали начальники и старшины. Плечи Эммануила покрывала царская мантия, на поясе висело золотое оружие, ехал Он в царской колеснице. Звуки сотен труб сопровождали шествие, тысячи и тысячи воинов шли под развевающимися стягами и знаменами. Многие забрались на стены, чтобы разглядеть Эммануила как можно лучше. Во всех окнах были видны лица горожан.
   Когда Победитель доехал до дома летописца Совесть, Он послал спросить Веру, приготовлен ли замок для принятия своего нового Хозяина. Ответ был утвердительный, и сам вождь со своими воинами вышел навстречу Царевичу. Эммануил, к великой радости жителей, провел эту ночь в замке со всем своим воинством.
   На другое утро горожане стали думать, как им лучше разместить войско. Они так счастливы были своему новому Владыке и Его военачальникам, что не знали, как им и угодить. Наконец после многих споров, они решили вождя Безгрешность поселить в доме Здравыйсмысл; а вождя Терпение - в доме Мнения, секретаря князя Свободная Воля во время и после мятежа. Вождя Любовь должен был принять Чувство; а вождя Надежда - городской голова Разумение.
   Что же касается летописца Совесть, который жил по соседству с замком и имел от Царевича поручение бить в набат при первой же опасности, то он сам выпросил к себе на постой двух вождей Воанергеса и Убеждение со своими многочисленными войсками.
   Вождей Суд и Казнь князь Свободная Воля разместил у себя, ибо его обязанность состояла в управлении городом на благо Души под наблюдением Царевича. Во время правления Дьяволоса он правил городом во вред Душе.
   Все жители города не могли насмотреться на Царевича и потому молили Его, как можно чаще показываться им, проходить по улицам, посещать их в своих жилищах, ибо, говорили они, Твое присутствие, взор, слово и одобрение - наша жизнь, сила и охрана.
   Кроме того, они молили о дозволении приходить к Нему, и Он приказал, чтобы ворота, ведущие к Нему, были постоянно отворены. Когда Он говорил, царила полная тишина, потому что слушающие боялись упустить даже одно Его слово. Куда бы Он ни пошел, весь город следовал за Ним, опасаясь отстать от Него хотя бы на шаг.
   Однажды Эммануил устроил пир. Все горожане получили на него приглашение. Одно блюдо сменяло другое, и каждое было необычайно вкусным. Никто никогда не пробовал подобной еды, вода же превращалась в вино, и сердца всех развеселились. Играла музыка... Так Душа вкусила райской пищи...
   По окончании же пира Эммануил загадал гостям несколько загадок, составленных при дворе Царя Шаддая. Это были загадки о самом Царе и Его Сыне Эммануиле, об их борьбе за Душу и великих подвигах во имя ее.
   Эммануил Сам объяснил горожанам некоторые из них. Жители обрадовались, дивный свет озарил умы их. Прежде они даже представить себе не могли, что в столь немногих словах может содержаться столько мудрости. Тут только они поняли, что некоторые загадки касались личности Эммануила, и лишь восклицали радостно, вглядываясь в черты лица Царевича: "Вот Он - Агнец! Вот Она - Скала! Вот Он - путь!"
   После этого Эммануил отпустил Своих гостей. Радостно расходились они, обсуждая услышанное. Даже ночью они никак не могли успокоиться и восхваляли Его даже во сне.
   Между тем Эммануил решил полностью перестроить город, так как опасность нападения как внутренних, так и внешних врагов была очень велика.
   Привезенные орудия были установлены на старых городских стенах и вновь сооруженных башнях. Среди орудий было и одно собственного изобретения Сына Царя Шаддая, которое с удивительной точностью метало камни из замка в ворота Уста. Ничто не могло сравниться с этим орудием, находившимся в ведении Веры.
   Охрану всех городских ворот Эммануил поручил Свободной Воле, в чьем распоряжении находилась теперь и вновь созданная городская полиция, в обязанности которой входило наведение порядков в городе. На него также был возложен розыск скрывающихся в городе приверженцев Дьяволоса.
   Затем Эммануил призвал князя Разумение, который был городским главой еще при Царе Шаддае, и назначил его на прежний пост пожизненно. Кроме того, ему поручена была постройка здания близ ворот Зрения, которое при необходимости могло бы заменить крепость.
   Летописцем был назначен Познание, но не потому, что Совесть был виновен более других, а потому, что Эммануил решил назначить старика на другую должность, о которой он должен был узнать позднее.
   Эммануил приказал сбросить изображение Дьяволоса на торговой площади, истолочь его в порошок за стенами города и пустить его по ветру, а на прежнее место поставить изображение Отца Своего - Царя Шаддая. Свое же имя Он велел вырезать на центральных воротах города и покрасить буквы золотом самой высокой пробы.
   После того Эммануил приказал арестовать двух бывших городских старшин, назначенных Дьяволосом, - Неверие и Разврат, а также летописца Забвениедобра. Были арестованы и посажены в острог Атеизм, Жестокосердие, Ложныймир, Безистины, Беспощадность, Надменность и другие. Все они находились под охраной Верности, старого слуги Эммануила.
   Наконец Эммануил приказал разрушить до основания все три крепости, сооруженные Дьяволосом. Эта работа потребовала много времени, потому что они были сложены из огромных камней, которые пришлось выкатить за стены города.
  
  

Суд

   Когда все вышесказанное было исполнено, Эммануил приказал городскому голове и старшинам провести общественный суд над арестованными приверженцами Дьяволоса, находящимися до времени под надзором Верности.
   В назначенный час собрались судьи и присяжные заседатели. Начался суд. Верности было приказано ввести обвиняемых в зал. Арестанты вошли, скованные по тогдашнему обычаю попарно, и сели на скамью подсудимых. Приглашенных присяжных заседателей привели к присяге. Было их двенадцать: Уверование, Искренность сердца, Честность, Врагзла, ЛюбовькБогу, Видетьистину, Настроенныйнанебо, Спокойствие, Благодарность, Благочестие, Смирение и РевностькГосподу. Свидетелями были следующие жители Души: Всезнающий, Говориистину, Враглжи, сам князь Свободная Воля и его письмоводитель.
   Главный судья Справедливость предложил начать судебное заседание с заслушивания дела Атеизма.
   - Атеизм, подними руку! Ты обвиняешься в том, что вкрался в Душу и имел наглость утверждать, что Бога нет и потому можно жить, как хочешь. Ты старался умалить славу нашего Царя, действовал против Него, нарушая мир и благоденствие города. Признаешь ли ты себя виновным?
   - Я не виновен, - услышал суд ответ Атеизма.
   Судья вызвал свидетелей Всезнающего, Говориистину и Врагалжи.
   - Уважаемые свидетели, взгляните на подсудимого - знаете ли вы его?
   - Да, я его знаю, - отвечал Всезнающий. - Имя ему Безбожие, или Атеизм. Он уже несколько лет живет в несчастной Душе.
   - Вы уверены, что знаете его?
   - Конечно. Прежде я, к сожалению, нередко проводил время в его обществе. Он - приверженец Дьяволоса. Однажды я находился с ним в Скверном переулке, где он нагло заявлял: "Я уверен, что Бога нет, но в случае нужды могу говорить о Его бытии и даже сделать вид, что очень праведен. Все зависит от общества, в котором я живу, и от обстоятельств".
   - Вы сами это слышали?
   - Готов подтвердить свои слова.
   - Затем пригласили Говориистину.
   - В прежние годы я был его товарищем, - признался свидетель, - в чем сильно ныне раскаиваюсь. Он часто выступал с нахальными заявлениями, что нет ни Бога, ни ангелов, ни духов.
   - Вы где это слышали от него?
   - В Черноустном переулке, что у Богохульного ряда, и в других местах.
   - Что вы о нем знаете еще?
   - Знаю, что он истовый приверженец Дьяволоса, сын своего отца по имени Небудьблагочестив, у которого кроме него были и другие дети. Вот все, что я о нем знаю.
   Последним был приглашен свидетель Враглжи.
   - Враглжи, взгляните на этого подсудимого, знаете ли вы его? - обратился судья к нему.
   - Этот Атеизм один из самых последних негодяев, каких я когда-либо встречал в жизни. Он не только отрицал бытие Бога, но и всякую надежду на загробную жизнь, не видел греха ни в каком пороке и не верил в страшный суд. Кроме того, он не видел разницы между посещением храма и "визитом" в кабак.
   - Где вы это от него слышали?
   - На улице Пьяная, что в конце Мошеннического переулка, в доме господина Богохульство.
   - Верность, отведи подсудимого на место, - распорядился судья.
   Вторым заслушивалось дело горожанина по имени Разврат.
   - Подсудимый, ты чужестранец в нашем краю. Соблазнительными речами ты убеждал жителей Души, что предаться плотским страстям человеку не только дозволено, но даже более того, полезно для здоровья. А т

Категория: Книги | Добавил: Armush (21.11.2012)
Просмотров: 345 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа